– Но я всего лишь хотела получить заключение по нескольким самым тяжелым делам. Неужели я так уж много просила?

– Вовсе нет.

– У меня не было материала даже для того, чтобы определить наиболее вероятные расследования дел в Интернете.

– Большинство из дел были недостаточно интересны, чтобы попасть на первые полосы газет. Обычно им уделялось всего несколько строк, в которых сообщалось, что местные правоохранительные органы произвели аресты. Лоусон старается держаться в тени. Он никогда не связывается с копами напрямую.

– В таком случае откуда он получает дела, которые поручает расследовать вам и другим? – не унималась Изабел, радуясь каждому клочку информации.

Эллис снова помедлил, очевидно, обдумывая их разговор, прежде чем окончательно сообразить, что ей сказать. Наконец он пожал плечами:

– Непосвященным известно только то, что расследование преступлений ведется частной фирмой «Мэпстоун инвестигейшнз». Владелица фирмы очень близка с Лоусоном.

– Друг?

– Жена. Они вместе уже около тридцати лет. И хотя то и дело спорят, но даже когда ужасно ссорятся и злятся, все равно работают вместе. Лоусон доверяет Бет Мэпстоун, как никому на свете.

– Включая вас?

– Включая меня, – кивнул он.

– Ясно, – кивнула Изабел и, побарабанив пальцами по столу, вдруг спросила: – Знаете, как я работаю?

– Белведер говорил, что обычно вы изучаете описание сна и создаете люцидный сон Пятого уровня, в который включены детали сна объекта. А потом анализируете его сон, используя собственные способности к экстремальным сновидениям. Иными словами, вы переживаете сны других людей.

– Почти так оно и есть. Ну а теперь, учитывая ваш личный и, без сомнения, обширный опыт со снами Пятого уровня, не могли бы вы пустить в ход воображение и представить, что делает незнание результата с моими собственными снами? Вам никогда не приходило в голову, что отсутствие завершения приводит к кошмарам Пятого уровня?

Мрачное понимание вместе с чем-то, похожим на искреннее раскаяние, превратило лицо Эллиса в каменную маску.

– Черт!

– Вот именно, – подтвердила Изабел, откашлявшись.

– Я догадывался, что анализ снов не слишком мирное занятие, но мне в голову не приходило, что он таким образом действует на ваши сновидения. Белведер и словом об этом не обмолвился. Я полагал, что вы подходите к этому процессу отрешенно и чисто академически.

– У меня очень живое воображение, Эллис, особенно в зависимости от обстоятельств. Фрагменты этих кошмаров иногда преследовали меня неделями. И у меня не было соответствующего контекста и соответствующего завершения, которые помогли бы мне избавиться от них.

– Поверьте, если бы это зависело от меня, я был бы счастлив сообщать вам о результатах расследования, но Лоусон не позволял.

– По моему мнению, Лоусон помешан на власти.

Губы Эллиса слегка изогнулись.

– Возможно, вы и правы.

– И поскольку вы готовы работать с ним на его условиях, складывается не слишком лестное мнение и о вас.

Эллис, хмурясь, отставил чашку.

– Вы считаете, что я тоже помешан на власти?

Изабел вздернула подбородок и приготовилась разыграть то, что Гэвин Харди назвал бы козырной картой.

– Не важно, что я думаю о вас.