— Ты не отвечал на мои звонки, — уклончиво ответила я, — а твоя мама не дает твой адрес. А других способов с тобой связаться я не знаю.

Бен сделала глубокий вдох и, когда он вновь заговорил, я услышала в его голосе раздражение:

— Я понятия не имею, почему она не дала мой гребаный адрес. Сейчас она очень расстроена — и скорее всего, не отдает себе отчета и в половине действий, которые совершает. Почему ты не брала трубку? Я неделю пытался до тебя дозвониться.

— Не хотелось ни с кем разговаривать, — довольно холодно парировала я, потому что и сама начала раздражаться.

— Ну что ж, хорошо, по крайней мере, сейчас я до тебя дозвонился. Жасмин, я запрещаю тебе связываться и разговаривать с Джексоном.

Я аж фыркнула от возмущения.

— Да пошел ты! — взвилась я. — Не можешь ты мне ничего запретить! Я пока не разговаривала с Джексоном, но если ты не расскажешь, о чем он болтал, когда приходил ко мне домой, то у меня просто не будет иного выбора — придется найти его самой, пока я здесь. — Я не собиралась делать ничего подобного. Я не знала наверняка, кто вломился ко мне в дом во время моего отсутствия, но Джексон уже довольно сильно меня напугал. Я рассказала о нем полиции, а самой еще раз встречаться с ним никакого желания у меня  не было. Но Бен-то об этом не знал.

— Жасмин, выслушай меня очень внимательно. Джексон Торп опасен. Фотография — только для прикрытия. Он профессиональный преступник. Вор и шантажист. Полиция арестовала его несколько лет назад за избиение до смерти человека в пабе, но дело не было возбуждено в виду отсутствия доказательств. Единственный свидетель внезапно передумал, без видимых причин, и не решился дать показания. Я бы не стал тебе это рассказывать, не вынуди ты меня. Не хотел тебя пугать, но ты не оставила мне выбора.

На какое-то мгновение я потеряла дар речи. Слова Бена вселили в меня неподдельный ужас. Я и представить себе не могла, что Джексон был настолько опасен. И если еще вспомнить, что он проник ко мне в дом...

— Жасмин? — спросил Бен. — Ты еще там?

— Да, слушай, Бен, я приехала в Калифорнию только для того, чтобы провести пару недель с Лорой. Я вообще не собиралась искать Джексона. Но прежде чем я уехала... кто-то вломился ко мне в дом...

— Знаю. Мне твоя мама сказала. Это, скорее всего, был он.

— Но у меня не украли ничего ценного, — возразила я. — Вообще ничего не было похищено, только перевернуто все вверх дном.

— Это потому, что он искал... — Бен не договорил, но спустя какое-то время продолжил: — Слушай, нам определенно нужно переговорить с глазу на глаз.

— С глазу на глаз? — повторила я. — Ты скоро собираешься вернуться в Англию?

— Нет, но я прямо сейчас нахожусь в Калифорнии. И приеду сразу же, как ты мне назовешь адрес.

— Что? — ахнула я. Мне с трудом верилось, что он и правда совсем близко, когда как всего мгновение назад я думала, что он в Германии. — Зачем?

— Чтобы не дать тебе встретиться с Джексоном Торпом, разумеется, — сказал он раздраженно. — Я только-только смог до тебя дозвониться. Поэтому единственное, что я могу сделать, это приехать к тебе и усадить на следующий рейс, отправляющийся домой.

Если отбросить его покровительственный тон, то невозможно было отмахнуться от того факта, что он потратил время и деньги, чтобы оказаться в Америке. И все это только для того, чтобы предупредить меня. В это мгновение я испытала прилив нежности по отношению к Бену, но следующая его фраза немедленно уничтожило это чувство на корню:

— Встретимся сегодня вечером, — сказал он раздраженным голосом, тоном, не допускающим возражений.