Многие, типа меня, живут собирательством, да и дальше продолжат. Как минимум до тех пор, пока в мире ещё остаются полезные предметы. Начиная от оружия и продуктов питания, а заканчивая даже серебром. В большинстве случаев мы всё ещё живы, благодаря осколкам былой цивилизации. Еда, одежда, топливо, запчасти, всё это поступает в города только благодаря нам, хотя в почёте, понятное дело, промысловики и охотники. Это же они настоящие мужики: смелые, сильные, опасные, а мы так – по помойкам шаримся.

Я разомкнул замок, откинул проушину в сторону и потянул на себя низкую дверь. Сделано это специально, чтобы невозможно было в дом с разбегу ворваться. Противнику придётся пригнуться, соответственно в обороне такому проще срубить голову. Да и тепло не теряется в зимний период.

Внутри дом представляет собой свободное помещение с четырьмя углами. Имеются окна, чтобы внутрь проникал солнечные свет, но каждое из них, оборудовано железными ставнями изнутри. Есть и погреб, вот его как раз следует проверить, ну а больше тут и спрятаться негде.

Само собой, под полами я никого не обнаружил, среди уродов, разумеется, встречаются идиоты, но с каждым разом всё реже.

– Я за водой, огонь пока разведите, – распорядился я и полез на верхнюю полку у печи.

Здесь мы всегда прятали курево. Чаще всего конечно табак в банке, да пару газетных листов. Но, как говорится, на безрыбье и рак – рыба, сгодится, в общем, если уж совсем тяжко. А курение – это такая зависимость, что и врагу не пожелаешь, знал бы раньше, ни за какие деньги не начал бы.

Самокрутка быстро приняла нужную форму, я чиркнул зажигалкой, выпустил клуб сладковатого дыма и выбрался на задний двор. Здесь расположились баня и колодец. Прежде чем набрать воды, я сейчас и сарай с дровами проверю, и не только на наличие опасного соседства. Вот сейчас перекурю на скамейке под окном и сразу займусь.

Здесь, в сарае, за дровами я давно организовал тайник. Не вот какие ценности, но пара банок тушёнки, аптечка с антибиотиком и обезболом. Всё это плотно замотано в целлофан и лежит на подстропильной балке, в ожидании своего часа. На всякий случай там ещё и обрез с двумя патронами, начинёнными серебряной дробью. Рюкзак и запасные шмотки без проблем можно взять в доме. А что ещё мне нужно?

Я набрал ведро воды из колодца, занёс его в дом и снова вышел наружу, теперь за дровами. Внутри уже приятно пахло дымом, Света послушно выполнила поручение и развела огонь. Малой тоже был при деле, принял у меня воду и поднёс поближе к матери.

Когда я вернулся с охапкой дров, Света уже перелила часть в кастрюлю, которую водрузила на печь. Они с малым встретили меня за столом, с немым вопросом на лице.

– Что? – нарушил я неловкую тишину.

– Я воду греть поставила, – прозвучал странный ответ.

– Я заметил, – буркнул я и, усевшись напротив, принялся за самокрутки, чтоб был хоть какой-то запас.

– У нас с собой ничего нет, – продолжила женщина, выдержав паузу.

– И это я тоже заметил, – ухмыльнулся я, но уже понял, к чему она ведёт.

Выбрался из-за стола, дошел до парадной двери, где возле порога так и продолжал лежать мой свёрток. Можно было, конечно, обойтись тушёнкой, но с крупой и бульоном, будет сытнее, да и по затратам выгоднее. Единственное, что мне ну никак не хотелось светить – чёрное сердце.

С другой стороны, если не сдать его в течение ближайших суток, можно распрощаться с гипотетическим серебром, которое можно за него выручить. Жаль нельзя засолить для сохранности, все чудодейственные свойства сразу же исчезнут, потому и не каждому дано завялить его правильно.