— И это сработало. Кто-то сразу же вызвал «скорую». И это спасло ему жизнь.

— А что насчет жильцов этого дома? Их кто-нибудь видел?

— Нет.

— Но мы знаем, кто здесь живет? С виду похоже на жилье студента.

— Так и есть, — ответила Анни. — Я уже прошлась по дому до приезда бригады. Здесь проживает Марк Тернер, бывший бойфренд Сюзанны Перри. Дом арендован.

— Это тот парень, которого накануне вечером допрашивала Роза Мартин?

— Он самый. Она еще сказала, что считает его совершенно безвредным.

Фил вздохнул.

— Она просто молодец, что тут скажешь. — Он и не старался скрыть сарказм в голосе. — Марк Тернер живет здесь один?

Анни покачала головой.

— Со своей подружкой.

— И обоих их здесь нет. — Это было утверждение, а не вопрос.

Анни кивнула.

— Но мы их уже ищем. Сразу раздали полицейским их описание. — Она замялась. — Босс, то, что я сейчас скажу, вам не понравится.

Фил ждал. Взгляд его стал жестким.

— Эта его подружка… Как я уже сказала, я успела пробежаться по дому. И нашла кое-какие фотографии, бумаги…

— Не томи уже. Говори.

Анни вздохнула.

— Это Фиона Уэлч.

Глава 78

Микки продолжал вести наблюдение. И это его совершенно не радовало. Находиться всего через реку от того места, где разворачивались все события, только для того, чтобы следить за яхтой на случай, если ее хозяину в ближайшее время взбредет в голову вернуться сюда. Когда им с Анни позвонили и сообщили о нападении на Фенвика, он испытал полузабытое со времен работы в отделе по борьбе с наркотиками ощущение, когда вдоль позвоночника поднимается волна адреналина и от этого волосы на затылке приподнимаются. Он был готов. Кулаки крепко сжаты, губа закушена — готов к бою. Но потом они с Анни обсудили ситуацию, и он понял, что правильным решением будет, если он останется здесь, а она отправится на место преступления. Хотя сердце подсказывало ему совсем другое. Он был копом. Детективом. А ему приходится торчать здесь, чтобы задержать преступника и заставить его пожалеть о содеянном.

Но тот все не появлялся. А адреналин никуда не уходил. Он переполнял Микки, скребся внутри, словно пойманный в клетку зверь, который только того и ждет, когда представится возможность вырваться наружу.

Дожидаться пришлось не так уж долго. И когда момент настал, Микки не сразу смог поверить этому.

Он сидел в машине, чувствуя себя беспокойно и неуютно. Пока здесь находилась Анни, ему было, по крайней мере, с кем поговорить. Теперь же у него остался только приемник, и он, включив «Радио один», принялся слушать всякую послеобеденную бессмыслицу вперемешку с песнями, которые, приходилось признать, были ему совершенно незнакомы. Он уже хотел переключиться на «Радио два», но внутренний голос остановил его. Эта станция давала ему внутреннее спокойствие. С ней было связано его прошлое. Здесь работали с юности знакомые ди-джеи, которые крутили музыку, на которой он вырос. То, что Микки слушал эту радиостанцию, было равносильно обещанию, что он больше не станет пускаться в кутежи на четыре дня с кокаином и обильной выпивкой, где все происходило по накатанной схеме: в пятницу — ночь в клубе, поход на футбол — в субботу после обеда, потом снять девушку в баре и зависнуть с ней на все выходные, а в понедельник утром хвастаться перед друзьями своими сексуальными подвигами и крепостью собственного организма.

Он вздохнул. По правде говоря, какая-то его часть совершенно не хотела, чтобы он возвращался к этому; причем часть эта со временем становилась все больше и больше.