— В каком смысле?

— В медицинском. С какого рода людьми они работали?

— С любыми, кому требовалась помощь, — ответила Хейзел Миллс. — Некоторые врачи имеют узкую специализацию, но Зоя и Сюзанна для этого еще недостаточно долго у нас работали. Они пока были начинающими. — Голос ее сорвался. — Начинающими…

— Приведите какой-нибудь пример.

Анни постаралась не дать ей отвлечься.

— Ну, они работали с детьми, со взрослыми…

— С какими именно взрослыми?

— Со всякими. Со всеми, кого к нам направили. Люди, перенесшие удар. Больные раком после пластической операции, которые снова учатся говорить. Случаи паралича. А поскольку неподалеку от нас находится военный гарнизон, то и несколько солдат с ПТСР.

— Посттравматическое стрессовое расстройство.

Хейзел Миллс кивнула.

— Но, как я уже сказала, все это могло накладываться друг на друга.

— Могли бы вы дать мне список пациентов, с которыми работали Зоя и Сюзанна?

Лицо Хейзел Миллс помрачнело. Она оглянулась по сторонам, словно боялась, что их кто-то может увидеть.

— Я не знаю…

Анни понимающе кивнула и постаралась сохранить спокойный и взвешенный тон. Хейзел Миллс производила впечатление человека, который вряд ли поддастся на угрозы. Да Анни и не собиралась ей угрожать. Пока, по крайней мере.

— Я понимаю, — сказала она, — врачебная тайна. Конфиденциальность и все такое. Но мы ведем расследование убийства, мисс Миллс. И исчезновения Сюзанны.

Та ничего не ответила.

— Вчера был обнаружен труп женщины, — сказала Анни. — Как раз напротив квартиры Джулии Миллер.

Рука Хейзел Миллс инстинктивно поднялась к горлу.

— Это была…

— Мы этого не знаем. Но тело подходит под ее описание. А теперь еще и Сюзанна пропала…

Хейзел Миллс кивнула. И побледнела еще больше.

— Я пойду и принесу вам нужные медицинские карты.

Она встала, взяла себя в руки и вышла из комнаты.

Анни осталась ждать.

С нетерпением.

Глава 40

— И отсюда виден плавучий маяк, прямо вот здесь…

Фил показал в сторону реки через окно квартиры Джулии Миллер.

Следуя за его рукой, Фиона Уэлч тоже посмотрела вниз. Она на несколько секунд задумалась, затем кивнула каким-то своим мыслям, и на губах ее появилась легкая улыбка, как будто она получила подтверждение своим догадкам. Она тут же начала делать какие-то заметки в своем «БлэкБерри».

Она уже начала раздражать Фила. Он все никак не мог увести ее отсюда. С первого взгляда она показалась ему маленькой и робкой, боявшейся слово лишнее сказать и склонной держать собственное мнение надежно спрятанным за стеклами своих очков. Но когда она начала говорить, он почувствовал, что за этой ее пассивно-агрессивной манерой поведения скрывается стальная решимость. И даже некоторая надменность, базирующаяся на уверенности, что все ее теории обязательно правильные, независимо от того, насколько они обоснованы. И еще убежденность, что окружающие рано или поздно неминуемо придут к ее точке зрения.

Плавучий маяк по-прежнему находился в оцеплении, а бригада криминалистов еще раз прочесывала окружающую территорию в поисках вещественных доказательств. По своему опыту Фил знал, что они могут остаться здесь еще на несколько дней.

— Итак, что вы думаете по поводу всего этого? — спросил он, отвернувшись от окна и внимательно глядя не на место преступления, а на Фиону.