— Это она, — сказала Паула. — С Уейном. Как раз перед его возвращением в Афганистан. Как раз перед… — Она тяжело вздохнула.

Фил продолжал их рассматривать. У Адель были длинные темные волосы. Совсем как у Джулии Миллер. И как у Сюзанны Перри. Совсем как у неопознанного трупа, найденного на плавучем маяке.

— Самые тяжелые удары судьбы всегда приходятся на нас, верно? — сказала Паула. — На бедных людей. На тех, кто живет здесь. И никогда на тех, кто в особняках.

Фил подумал о трупе, который видел предыдущим утром, и о своем визите в дом родителей Джулии Миллер.

— Не всегда, — ответил он. — Иногда горе остается горем, к кому бы и куда бы оно ни пришло.

И он распрощался.

Глава 46

Микки Филипсу было скучно. Вероятно, есть люди, которые находят удовольствие в таком занятии, как прокручивать на экране монитора бесконечные списки, просматривать распечатки и пачки страниц с разными цифрами и всякими техническими подробностями. Но он к их числу не относился.

Ему нравилось смотреть телесериалы вроде «Секретные агенты» или «CSI: Место преступления» и наблюдать за тем, как технически подкованные ребята делают то же, что и он сам, только на более мощных компьютерах и в офисах с более витиеватым освещением, и у них уходит каких-то несколько секунд, чтобы выявить совпадение результатов анализа. Потом они подхватываются с места, прыгают в машины, достают свои пистолеты и с криками захватывают всех плохих парней как раз перед появлением конечных титров фильма.

Как бы ему хотелось, чтобы реальная жизнь хоть немного была похожа на эту.

Но вместо этого он сидит за столом в диспетчерском пункте их команды в управлении полиции в Саусуей — рядом чашка чего-то темно-коричневого типа кофе, в зубах авторучка — и тупо прокручивает на компьютере страницу за страницей, сверяя цифры на них с лежащим перед ним списком.

Диспетчерский пункт расположен в баре. Сначала это показалось ему несколько странным, но Фил заверил, что в отношении расследования больших дел они всегда устраивают штаб здесь. Барные столики превращаются в письменные столы, мягкие сиденья, высокие табуреты и скамейки с обивкой — в офисные стулья. Бильярдный стол был застелен и сейчас представлял собой миниатюрный макет городского ландшафта, сделанный из стопок папок и пачек разных бумаг. Перед зашторенной барной стойкой располагалась белая школьная доска, на которой висели фотографии девушек, двух погибших и двух пропавших, которые были соединены паутиной нарисованных фломастером линий с обведенными в кружки именами, а также между собой. У каждого сотрудника, поднявшего голову от своего рабочего стола, перед глазами оказывалось это постоянное напоминание о том, чем все они занимаются и что поставлено на карту.

Было бы еще нагляднее, если бы рядом повесить тикающие часы, подумал Микки.

Он вздохнул, отхлебнул глоток коричневой воды с какой-то твердой взвесью в ней, недовольно скривился и вернулся к своим спискам. Эту часть работы он ненавидел больше всего. Он знал, что не одинок в этом, но на предыдущей должности ему приходилось заниматься подобным не так уж много. Хотя, если учесть, как у него все складывалось тогда, вещи такого рода уже не казались настолько плохой идеей. Это, по крайней мере, могло уберечь его от беды.

В любом случае, это было меньшей бедой.