— Вот, — протянул ей Макс обрубки проволоки, по одному и два грамма.

Женщина усмехнулась, пересыпала серебро в небольшую коробочку и приняла у Макса планшет, пообещав, что часа через три он может смело за ним возвращаться. Даже какую-то бумажку выдала, вторую часть которой прилепила на чехол девайса. Пацан, глядя на это, усмехнулся, но комментировать не стал.

С момента перловой каши, во рту, кроме крови Кирпича, больше ничего не было и жрать хотелось уже невыносимо. Но с делами ещё не всё покончено, а потому он отправился к центральному пункту приёмки. Можно было сдать все трофеи на рынке, даже немного выгоднее, однако за продажу в приёмку выдавали талон на бесплатное питание. К тому же ему очень не хотелось светить при всех чёрное сердце. За него в приёмке заплатят по полной, а вот на рынке можно легко и по затылку чем-нибудь тяжёлым получить.

— О, МММ, каким ветром?

— Попутным, — улыбнулся Макс. — И хватит меня так называть.

— А что не так? Макс Морзе-младший, как по мне всё чётко.

— Не опостылело ещё в приёмке торчать?

— А ты никак вместо меня желаешь?

— Нет уж, спасибо, я, в отличие от тебя, свободу люблю. А вот почему ты не наймёшь кого-нибудь — это для меня секрет. Вы же с Боцманом владельцы.

— Мы потому и владельцы, что на ответственных должностях сами сидим, — с ухмылкой поправил очки Митюгин. — Ну, выкладывай, с чем пожаловал?

— Вот, трофеев немного, — Макс просунул в небольшое окно автомат, пару пистолетов, разгрузку и ещё немного по мелочи.

— Тридцатка не больше, — тут же назначил цену Митюгин.

— Да ты что? Я на рынке с одного автомата только полтинник подниму.

— Ну так иди, поднимай, — пожал плечами тот.

— Блин, ну накинь хоть десятку ещё.

— А ты мне чё?

— Автомат, два пистолета и…

— Ага, без магазинов, патронов и грязные, как задница бомжа.

— Ну Мить.

— Ладно, давай там, чего ещё у тебя, я же вижу, мнёшься. Если чего ценное, так уж и быть, накину ещё пять грамм.

— Десять.

— Чёрт с тобой, Мавроди недоделанный.

— А это ещё кто?

— Жак-Ив Кусто, в прорезиненном пальто, — ухмыльнулся тот. — Создатель МММ, темнота. Книжки хоть читай, а то ведь так неучем и помрёшь, как твой папаня.

— Он жив, — мрачно ответил Макс.

— Это уже дело твоё, мы здесь вопросы веры не обсуждаем. Ну, будешь сдавать ещё чего или забирай тридцатку и вали.

— Да буду, буду, не ори, — Макс скинул рюкзак, вжикнул молнией и протянул Митюгину в окно небольшой свёрток.

— Ого! — заглянул в него тот. — Готовое уже. Где взял?

— Там больше нет.

— А вот хамить не надо.

— Да я даже не начинал ещё. Сколько дашь?

— Подожди, вначале взвесить нужно, — тот достал весы и вытряхнул содержимое в чашу. — Неслабо, почти сто восемьдесят грамм. Всё сдавать будешь?

— Я себе отложил, сколько надо, — не моргнув глазом, соврал пацан.

— Пять сотен дам.

— Ты охренел совсем⁈ — тут же возмутился пацан. — Восемь, не меньше, или иди в жопу.

— Да тихо ты, успокойся, восемь ему… Шестьсот пятьдесят и это моё последнее слово.

— Слушай, я, вообще-то, расценки знаю, не хочешь брать — не надо, я завтра к вечеру в соседней крепости за девять сотен его сдам.

— Восемь за всё.

— Ага и обещанный полтинник за трофеи.

— Не наглей, МММ, я и так по рыночной принимаю. Не хочешь, забирай и вали, только оборачиваться не забывай.

— А я думал, мы друзья.