— Позвольте-ка узнать, любезная, кто вы такая и где вас учили хорошим манерам? — Растерявшись, заяц решил сам перейти в наступление. — Хорошенькое дело — пугать почтенного, пусть даже и не убеленного сединами зайца, выныривая перед ним прямо из морской пучины.

Молодая выдра приветливо улыбнулась всем присутствующим на борту и столь же радушно подергала усиками.

— Прошу прощения, — сказала она. — Я не хотела вас напугать. А еще, если это не будет слишком нескромным с моей стороны, я хотела бы заметить, что вы ведь не выдра?

— Да уж конечно нет, — фыркнул Хват. — Разрешите представиться: я самый настоящий заяц. Честное слово. А зовут меня Хватом.

— Рада познакомиться, уважаемый Хват. Меня зовут Золотинка. Я из выдриного рода Валлиума Веслохвоста. Насколько я понимаю, «дза-ар» тюленей и его подданные притащили вас сюда?

— Конечно, приволокли сюда и бросили. Лучше бы этот… как его… «дза-ар» сказал пару слов насчет того, куда они нас тащат, вместо того чтобы завывать на все море.

— Прошу прощения, что перебиваю столь милую беседу, — сказал Мартин, — но давайте вы поговорите после того, как уважаемая гостья покажет нам дорогу туда, где обитает почтенный род Валлиума Веслохвоста.

Под руководством Золотинки челнок приблизился к отвесной скале, и только теперь его пассажиры заметили толстый канат, сплетенный из водорослей, висевший на специально вделанном в скалу крюке и, словно огромная змея, уходивший в глубину моря. Выдра сняла канат с крюка и передала его Грат, попутно объясняя его назначение:

— Приглядитесь к воде. Видите?

Грат пристально всмотрелась в прозрачную воду:

— Да! Там, оказывается, в склоне горы есть отверстие, и канат уходит туда.

Золотинка оглянулась и почти шепотом, словно выдавая большой секрет, сказала:

— Если мы дождемся отлива, вход в туннель несколько мгновений будет открыт. Отец говорит, что так происходит между каждой девятнадцатой и двадцатой волнами. Нужно только лечь на дно лодки и посильнее тянуть за канат, тогда протащим сами себя внутрь горы — туда, где во внутреннем кратере и живет род Валлиума Весло-хвоста.

Фиалка, недоверчиво слушавшая весь этот разговор, еще раз взглянула за борт, опустив мордочку в воду, и испуганно воскликнула:

— Но это же под водой! Мы ведь утонем! Я боюсь! Золотинка улыбнулась и попыталась успокоить робкую полевку:

— Бояться совершенно нечего, сама увидишь. Мы всегда пользуемся этим туннелем. Так, а теперь, хоть я волны и не считала, но, по-моему, пора ложиться на дно и готовиться хорошенько тянуть за канат.

И в самом деле, вскоре очередная волна сначала высоко подбросила лодку, а затем опустила ее настолько низко, что та действительно оказалась напротив входа в широкий туннель.

— Тащи, ребята! — скомандовала Золотинка и добавила: — Головы не поднимать!

Вместе с Грат они первыми рванули канат на себя, и челнок стремительно нырнул в туннель, словно маленькая рыбка в открытую пасть кита.

Нельзя сказать, чтобы в туннеле было очень темно. Проникавший с обеих сторон солнечный свет превращался в узком коридоре в неяркое, но вполне ощутимое зеленоватое сияние. Впрочем, разглядывать здесь было особо нечего, да и некогда. Все, кто был на борту, стали помогать выдрам тянуть канат на себя. Время от времени им на глаза попадались висевшие на стенах крабы, с не меньшим удивлением разглядывавшие невиданных пришельцев.

Неожиданно вдруг снова стало светло. Отпустив канат, друзья встали и огляделись. Лодка остановилась на берегу довольно большого озера, неподалеку от устья впадавшей в него речушки. Конец каната был крепко привязан к стволу большого дерева, росшего у самой кромки воды.