Анатоль окаменел, однако не задавал вопросов, просто кивнул. Квимби развернул кобылу и с той же скоростью поскакал обратно. Анатоль бросился к своей лошади.

– Анатоль! - крикнула ему вслед Медлин, поспешно надевая туфли.

Он даже не обернулся. Он забыл о ней. Растерянная и чуть испуганная, она побежала следом, но сумела догнать его, лишь когда он уже стоял, держа повод лошади.

– Анатоль! - воскликнула она. - Что случилось? Что с Уиллом?

Муж глянул на нее, и у нее перехватило дыхание. Никогда еще она не видела в человеческих глазах выражения столь безграничного отчаяния.

– Ты… ты даже не спросил, что случилось, нерешительно проговорила она.

– Я и так знаю, - хрипло ответил Анатоль.

Вскочив в седло, он наклонился, обхватил ее одной рукой за талию и усадил перед собой. Потом развернул коня, цокнул языком и послал в, галоп, лишив Медлин возможности задавать вопросы.

Она могла лишь сидеть, испуганно скорчившись и изо всех вцепившись в высокую луку седла. Хотя солнце все так же сияло в небесах и вереск по-прежнему колыхался от ветра, для Медлин все изменилось.

Тени вернулись.

17

В большой приемной толпились слуги. Лакей Тим утешал Нэнси, кухонную девушку, которая рыдала, уткнувшись в передник, дородная кухарка шепталась со старым Раули, егерем. Конюхи с грубыми лицами жались к хорошеньким горничным, и все тихо переговаривались.

– А-а, стало быть, темная сила его светлости опять принялась за работу?

– Да, у него снова было видение.

– Но он ведь предупреждал парня, разве нет? Он сказал ему: «Держись подальше от топора».

– Даже если б Уилл и послушал, толку бы все равно не вышло. Ты хоть раз слыхал, чтобы предсказание хозяина не сбывалось?

Шепот прекратился, едва в приемную вихрем ворвался сам хозяин замка Ледж. Он сбросил плащ, не глядя отшвырнул его. Встревоженная жена шла за ним следом.

При виде собравшихся слуг Анатоль резко остановился, свирепо огляделся по сторонам. Никто не пошевелился, но Анатоль почувствовал, как они внутренне отшатнулись от него - все эти добрые люди, которые, как уверяла Медлин, так его обожали.

Он видел в их лицах не любовь, а страх. Никто из них не решался встретиться с ним взглядом - они рассматривали носки башмаков, теребили завязки передников - словом, старались смотреть куда угодно, только не на него.

– Убирайтесь отсюда, - рявкнул Анатоль, - и займитесь своими делами! Вы ничем не поможете Уиллу, если будете слоняться здесь.

Они стали торопливо расходиться, только у Бесс Киннок хватило смелости метнуть в него полный ненависти взгляд. Один за другим слуги исчезали, пока он не остался в одиночестве. Так бывало уже не раз, вернее, каждый раз, когда его видения превращались в жуткую реальность.

Вот только на этот раз Анатоль был не один. Он стиснул руку Медлин… и вдруг осознал, что цепляется за нее, словно за единственное звено, соединяющее его с миром разума. Несмотря на тревогу и недоумение, вызванное поведением слуг, жена осталась рядом с ним.

Да, прозвучал в голове его въедливый голос, но останется ли она рядом, если узнает правду? Или отшатнется от него, как все остальные?

А если это случится сейчас, после того, как они любили друг друга под волшебным камнем, - сможет ли Анатоль это пережить? Или сердце разорвется, душа умрет?

Он погладил Медлин по щеке, и она улыбнулась в ответ. Ее глаза цвета весенней травы излучали утешение и поддержку. Как ему хотелось раствориться в свете этих глаз, вернуться вместе с ней обратно в холмы. Но день, который Анатоль провел в ее объятиях, уже казался далеким прошлым. Солнце и вереск, смех и любовь были только сном. Теперь его грубо разбудили, и он вернулся к привычному кошмару.