Удары следовали один за другим, оставляя уродливые кровоподтеки. Волны протеста прокатились по рядам.

– Нечестно! Нечестно!

В поисках опоры Кейт схватилась за ветку, безумно боясь, что в результате этой страшной атаки Дэниэл останется с переломанными ребрами. Борьба становилась все более жестокой, но в конце концов Дэниэлу удалось освободиться. Как раз в этот момент Кэрри вскинул колено, и Дэниэл, согнувшись от ужасающей боли, повалился на дерн. Раунд закончился.

– Трус! Нечестно! Куда смотрят судьи! Нечестно! Нечестно! Нечестно!

Кэрри с важным видом отошел в свой угол, игнорируя свист и оскорбления разъяренной толпы. Джим и Гарри кинулись к Дэниэлу, чтобы помочь ему подняться, но он отверг их помощь и встал самостоятельно. В своем углу он сел на колено Гарри, бледный и измученный. Джим, обтирая его мокрой губкой, шептал на ухо необходимые советы. Дэниэл кивнул, сделал глоток из протянутой Гарри бутылки и через какое-то время выплюнул воду.

Полминуты истекли, и мужчины снова вышли на ринг. Дэниэл решил преподать своему противнику урок. С контролируемой убийственной жестокостью он стал наносить удары в лицо и голову Кэрри с такой скоростью, что тот в течение нескольких минут дергался, как кукла на веревочке, и постепенно отошел к веревкам. Кровь струилась из рассеченной брови Кэрри. Он взмахнул головой, собрался с силами и, подобно быку, ринулся на противника, сокрушив защиту Дэниэла и оттолкнув его к столбу. Шея Дэниэла оказалась на веревках, противник навалился на него всем своим телом, рискуя задушить.

Это была последний капли. Разъяренные зрители снесли наружное ограждение, создающее свободное пространство между публикой и рингом, и ринулись вперед. Охрана пустила в ход хлысты, пытаясь прекратить вторжение. Однако все попытки восстановить порядок только усиливали всеобщее волнение и раздували пламя. Кейт, испугавшись, что Дэниэла задушат прежде, чем кто-либо придет ему на помощь, пролезла сквозь изгородь и попала в самую гущу рукопашной схватки. Поняв, что пути к отступлению отрезаны, она прижалась к стульям судей, которые ожесточенно спорили между собой о прошедшем раунде. Возбужденные взволнованные мужчины не обращали на Кейт никакого внимания. Когда противники снова заняли свои позиции, судьи вскочили с места и потребовали очистить ринг. Но проще отдать приказ, чем его выполнить. Спасаясь от завязавшейся всеобщей драки, боясь, что она тоже пострадает, Кейт последовала за судьями и чудом избежала удара стулом, который один из охранников шнырнул во взбешенного зрителя, получив от него удар в грудь.

Начтен двенадцатый раунд чудовищного боя. Кэрри видел теперь только одним глазом, второй не открывался из-за струящейся из рассеченной брови крови. Дэниэл настроился на нокаут, нанося четкие удары поочередно правой и левой рукой. Незначительное пространство, не превышающее трех футов и окружности, оставленное боксерам для борьбы, затрудняло их движения, мешало нападать и защищаться, Со всех сторон их окружала вопящая толпа. Те, кто стоял ближе всех к рингу, толкали, пихали и били напиравших сзади, опасаясь попасть под ноги боксеров и получить от них случайный удар. Боксеры обливались потом, явно страдая от нехватки воздуха. Кэрри не осмеливался более использовать запрещенные приемы и дрался честно, постоянно занимая оборонительную позицию. Было очевидно, что Дэниэл выжидал удачный момент, чтобы нанести последний сокрушающий удар.

Позади Кейт бурлила другая битва: группа забывших обо всем на свете зрителей воевала с охранниками. Волнение набирало силу. Мощная волна отбросила Кейт, судей и стоявших рядом с ними людей далеко вперед, как обломки потерпевшего крушение судна. Женщину грубо толкнули в спину, и она оказалась в самых первых рядах, окружающих ринг. В то же самое мгновение Дэниэл случайно краем глаза заметил ее лицо. На секунду или две его концентрация ослабела, этого хватило Кэрри, чтобы воспользоваться ситуацией.