Снежко взглянул на девушку с некоторым удивлением и растерянно заметил:

– Ну, не все так плохо. Когда к власти пришел король Иаков, Рэтленд вновь оказался в фаворе. Штраф ему скостили, вновь пригласили ко двору и вдобавок пожаловали титулом Почетного смотрителя королевского парка и Шервудского леса.

– Хороший повод стать Робин Гудом, – пошутил Макс. – Я бы на его месте так и сделал.

– Думаю, Рэтленд был того же мнения, – туманно заметил Снежко. – Но он нашел способ получше. Вначале сделался нелюдимым и подозрительным, крайне неохотно покидал Бельвуар. Оказавшись на грани разорения, увлекся алхимией, а затем и черной магией. Согласно легенде, неподалеку от замка сохранилась пещера, в которой граф Рэтленд творил свои заклинания.

Яся сокрушенно покачала головой:

– Бедняга, кажется, он совсем помешался.

– Ты ему сочувствуешь? – возмутилась Аня. – А я нет!

– Ну и зря, – укорил ее Саша. – Он умер в тридцать пять. Не спасли никакие ритуалы. Перед этим он долго и мучительно болел.

– Елизавета тоже болела? – мрачно поинтересовалась девушка.

– Нет, – ответил Саша удивленно. – Об этом ничего не известно.

– Тогда почему она умерла? – Голос Ани звучал все более требовательно. – Ей ведь было всего двадцать шесть лет, если я правильно подсчитала? Так почему она умерла?!

– Елизавета Сидни умерла потому, что приняла яд. Она отравилась.

Глава 28

Попасть в хранилище Виндзорского дворца оказалось непросто. Они ждали два дня, и все это время Анна не находила себе места. Она металась по комнате, как одержимая, или сидела, поджав колени к подбородку и глядя в одну точку. За это время они получили приглашение присутствовать на похоронах Нурии – полиция разрешила забрать тело, – но Аня неожиданно отказалась. И вообще, кажется, осталась к этому равнодушна. Ее интересовало только одно – портрет самоубийцы.

После длительного ожидания в малом зале для приемов русских туристов встретила Ванесса Ремингтон – чинная высокая англичанка, на лице которой было написано высшее образование, собственный особняк и значительный счет в банке. Очевидно, работа в Виндзорском дворце неплохо оплачивалась.

Стараясь не шуметь, они гурьбой проследовали по гулким коридорам, спустились по лестнице и остановились перед массивными двойными дверями из резного дуба. Всю дорогу Анна не могла отделаться от ощущения, что она здесь уже была, и не однажды. Ощущение это было неприятным, потому что девушка прекрасно знала, что в Англии она впервые.

Анна прищурилась, пытаясь разглядеть изображения. Ее взгляд, блуждая по стене, вдруг зацепился за крохотную миниатюру. Девушка вскрикнула и прижала руки к груди.

– Господи, это Роджер, – прошептала Анна, не слишком хорошо понимая, что говорит.

– Что? Где? – завертели головой Яся и Сашка. Макс не отрывал глаз от Анны, крепко обнимая ее за плечи.

– Он там, на стене, в овальной рамочке, – жалобно сообщила Аня. Она уже пришла в себя, и теперь ей было ужасно стыдно перед смотрительницей. Теперь эта Ванесса будет думать, что все русские – психопаты.

Тем временем Снежко осторожно продвинулся в указанном направлении и обнаружил на стене миниатюру размером чуть больше сигаретной пачки в простой овальной раме из светлого металла. На ней действительно был изображен юноша, сидящий под деревом. Англичанка бесшумно появилась за его спиной и бросила снисходительный взгляд на миниатюру. Брови ее приподнялись примерно на миллиметр, что, видимо, изображало крайнюю степень удивления.