Вальтер нашел её, а если быть точным, её нашел Кроу. На тот момент Торнтон был одиночкой, лишившимся всего. Теми, кому нечего терять, управлять невозможно. Беатрис предстояло привязать его к себе настолько, чтобы дать Вальтеру возможность манипулировать им. Просто затащить его в постель Беатрис бы труда не составило, но ей нужно было именно вызвать его интерес, стать частью его жизни, от которой Сэт не смог бы с легкостью отказаться.

Вальтер предупреждал, что это сложная задача: Торнтон всегда расставался с девушками без малейших сожалений, будучи безоглядно влюбленным в свою работу. Для неё сложность заключалась в другом. Беатрис ненавидела его за то, что он сотворил, и это ощутимо мешало. Это изменилось во время вчерашнего разговора, когда она увидела и почувствовала его искренние сожаления и усталость. Сэт перестал быть для неё гением зла, объектом работы, и стал мужчиной, рядом с которым ей пришлось задержаться в силу обстоятельств.

То, что произошло вчера, было похоже на сумасшествие. Гостиная в номере, душ, постель… После этого они отключились в объятиях друг друга, и хотя где-то на периферии сознания мелькала мысль, что надо бы снова дойти до ванной, Беатрис просто заснула, обнимая его. Ещё пару дней назад её даже мысли не посещали о том, чтобы устроить с ним откровенный и жаркий секс. Она рассчитывала всего лишь покувыркаться в рабочем формате, не более.

Беатрис представила его читающим лекции студентам. Деловой костюм, отутюженная рубашка, очки. Интересно, студентки на него западали? Почти наверняка.

Ей почему-то стало смешно, и Беатрис закусила губу, чтобы не рассмеяться и не разбудить его. Вот тебе и ботаник. Она осторожно повернулась в постели, коленом уперлась ему в пах и весьма явно ощутила утренний стояк. Одной рукой дотянулась до резинки, оставленной на тумбочке, стянула волосы в хвост, и осторожно сползла вниз, уходя из-под его руки. Сэт что-то пробормотал, переворачиваясь на спину, но не проснулся.

— Умница, — фыркнула Беатрис и нырнула под одеяло с головой, приподнимая его. Губами обхватила его полувозбужденный член, втягивая в себя. Интересно, ему кто-нибудь таким образом уже желал доброго утра?

Сэт проснулся гораздо быстрее, чем по будильнику. Услышать собственное имя после первого стона было приятно, хотя Беатрис ни на что такое и не рассчитывала. Он непроизвольно потянулся рукой к её волосам, но удержался. Перехватив его взгляд, она поняла, что первоначальный план полетел псу под хвост. Внутри все сладко сжималось, стоило ей представить и вспомнить ощущение его внутри.

— Иди ко мне, — хрипло попросил он, и Беатрис подчинилась. Медленно подтянулась повыше и приподнялась — перед тем как неторопливо опуститься на него, по-прежнему не разрывая контакта глаз. Это было настолько охренительно, что Беатрис с трудом удержалась, чтобы не кончить от этих ощущений.

Сэт положил руки ей на бедра, и она подалась наверх, и снова вниз, насаживаясь на него. Желание в его глазах заводило неимоверно, возбуждало просто до одури. С чего бы? Думать не получалось, каждое движение отдавалось сладким спазмом внутри. Она снова утратила ощущение реальности после взаимного оргазма, лежа на нем сверху и по-прежнему ощущая его в себе.

Спустя какое-то время Сэт перекатился на бок, увлекая её за собой, целуя шею и грудь. Это получилось очень нежно.

— Я все еще сплю? — весело поинтересовался он.

— Какие у тебя интересные сны. Они всегда такими были?

Все, что произошло в последние двадцать четыре часа и впрямь казалось сказкой. Тем неприятнее было думать о том, что ей предстоит сделать дальше.

— Разные, — смущенно пробормотал Сэт и с улыбкой добавил.