Беатрис отвернулась и прикрыла глаза, стараясь не обращать внимания на взрывы хохота, голоса и рваную мелодию, льющуюся из динамиков мобильного телефона на полную громкость. Такой музыкой не то что созидать или разрушать — рыбу глушить можно.

— Эй вы там, а ну потише! Совсем распоясались! — донесся старческий голос с первого этажа. — Сейчас милицию вызову!!!

— Полицию, дедуля, — по-хамски, с издевкой отозвался один из парней, — валяй. Мы тут ничего плохо не делаем, а время ещё детское…

— Молодежь пошла…

Дослушивать жалобы на современную молодежь и словесную перепалку Беатрис не стала, развернулась и ушла в комнату, выразительно хлопнув дверью. Авелин хозяйничала на кухне, и вскоре по квартире поплыл аромат свежесваренного кофе.

Беатрис села в кресло, сцепив пальцы рук на уровне лица. Кто бы ни интересовался дочерью, в ближайшее время придется очень сильно постараться, чтобы не быть схваченными. У Кроу хватка амстафорда, а связей нет разве что в посольстве Луны. Если он до сих пор ничего не слышал об Авелин, то это лишь вопрос времени. Узнает Кроу, узнает и Вальтер. Нужно их опередить.

— 24 —

Сказать, что Рэйвен был зол — значит, ничего не сказать. Некто похитил Торнтона прямо из-под носа вооруженной охраны. Внешние камеры были повреждены, а несколько опытных и тренированных парней обезврежены прежде, чем успели понять, что произошло. Единственным, кто успел уловить тень или фигуру в черном, был Стив.

Рэйвен предполагал, что без участия Беатрис здесь не обошлось, но как ей удалось провернуть это, не имел ни малейшего представления. Больше того, у неё не было мотивов бросать недоделанную работу и уводить Торнтона перед финальным аккордом. Его собственные планы сейчас напоминали карточный домик или замок на песке. Такое положение дел приводило Рэйвена в бешенство. Он не для этого потратил столько времени и средств, заварил всю эту кашу, чтобы позволить неведомому супермену разом перечеркнуть все.

Единственным, с кем удалось мало-мальски адекватно поговорить на тему нападавшего, оставался наемник, которого прислал Халишер. В прошлом Стив точно имел дело с измененными, даже если вся его легенда была липовой от и до.

— Что здесь произошло на самом деле? — Рэйвен пытался быть спокойным, но темперамент и столь откровенный провал уже трансформировались в гремучую смесь полубезумной ярости. Он найдет того, кто это сделал, и тот очень сильно пожалеет о дне, когда появился на свет.

— Нарисовался измененный, вырубил меня, забрал Торнтона.

Это звучало как бред. Точнее, прозвучало бы устами кого угодно, но только не Стива. Если кому Рэйвен и доверился бы в вопросе собственного прошлого, то это Ронни Халишеру. Теперь ещё и Стиву Крайтону, не суть как его там по-настоящему. Похититель забрал Торнтона, Беатри, с и исчез, при этом не свернув ни единой шеи. Такая точная, быстрая и чистая работа была не под силу обычному человеку, даже самому крутому профессионалу.

— Измененный… — пробормотал Рэйвен. Это казалось фантастикой, принимая во внимание то, что чума не оставила никому ни малейшего шанса. Спасительная вакцина позволяла выжить, но у всех шел откат до человека — у кого-то раньше, у кого-то позже. Продержаться до настоящего момента мог разве что какой Древний. Или кому-то все же удалось выжить? Последнее в корне меняло дело. Во-первых, выжившему измененному не хотелось, чтобы Торнтон достался Вальтеру. А во-вторых, его кровь можно было бы использовать в разработках. Это бы значительно ускорило процесс.

Рэйвен прошелся по комнате, чтобы справиться с охватившим его азартом.