Но ничего не спросила. Только сказала:

— Увидимся вечером, милый. Пока.

Собеседование было назначено на три. Два часа Гарольд просидел в парке на скамейке. Львиную долю этого времени он обдумывал вопрос о существовании ведьм. И пришел к следующим выводам. Во-первых, ведьмы, как и алхимия, — наследие дремучего средневековья, и в свете современных научных открытий выглядят неуместно. Во-вторых, у волшебного превращения кленовых листьев должно быть разумное объяснение — он не знал, какое именно, но скорее бы провалился сквозь землю, чем потерял веру в науку из-за одного непонятного эпизода. И, в-третьих, если услужливая голубоглазая девушка из бюро по трудоустройству такая кудесница, значит, она и в постели должна быть недурна…

Воспрянув духом, Гарольд выбежал из парка, вскочил в автобус и поехал в корпорацию «Экман Инновэйторз». За стойкой в приемной сидела неприступная секретарша. Он протянул ей карточку, присланную утром по почте из отдела по подбору рабочих мест. Глянув мельком, секретарша тут же вернула ее обратно. Ее карие глаза смотрели недружелюбно.

— Мистера Экмана нет на месте, — холодно сказала она. — Да и вообще, если б он собирался встретиться с вами, то обязательно сообщил бы мне.

Гарольд остолбенел.

— Но как же…

— В любом случае, сейчас у нас нет вакансий. Приходите через два месяца.

Два месяца!

— Но в карточке написано…

— Через два месяца, — ледяным тоном повторила секретарша. — Всего доброго, сэр.

Мрачный молодой человек вышел на улицу и понуро направился к остановке автобуса. Еще более мрачный молодой человек выгрузился из автобуса через десять минут и зашагал прямиком в бюро по трудоустройству. Девушка из отдела по подбору рабочих мест никак не могла объяснить произошедшее.

— Может, завтра вам еще раз туда сходить? — предположила она. — Сейчас я ничего не могу сказать…

— Ноги моей там больше не будет! — воскликнул он и повернулся, чтобы уйти. Но тут же встретил серьезный взгляд той самой девушки, которая утром подсунула ему письмо. И второй раз за день ледяное дуновение ветра коснулось его затылка. Он вспомнил, как ее зовут: Глория Клен. Глория Клен, повторял он про себя, спускаясь вниз по лестнице. Профессия — ведьма.

Внезапно обретенное богатство подвигло его на отказ от режима строгой экономии. В соседнем киоске он купил пачку сигарет с фильтром, вернулся к дверям бюро и стал ждать пяти часов. Глория выбежала на улицу, когда он докуривал четвертую сигарету.

Она увидела Гарольда, и ее голубые глаза засияли.

— Здравствуйте, — сказала она. — Давайте пойдем ко мне, там мне легче будет рассказывать.

Она жила в меблированных комнатах, почти таких же убогих, как у матушки Хаббард. Пешком они поднялись на третий этаж. Вслед за Глорией Гарольд прошел через тесную кухоньку в чуть более просторную гостиную, где стояли потрепанный мохеровый диван, такое же кресло и шаткий журнальный столик со стеклянной столешницей. На диване спала трехлапая черная кошка с полуоторванным хвостом. Глория присела рядом, взяла ее на руки и бережно положила к себе на колени.

— Матильда, это Гарольд, — сказала она. — Гарольд, это моя Матильда.

Гарольд сел в кресло.

— А что случилось с ее лапой?

— Ее сбила машина. Водитель даже не остановился. Я нашла ее на улице и отнесла к ветеринару. Он… хотел ее усыпить, но я не позволила.