Взгляд темно-серых глаз вдруг стал холодно-безразличен и сразу же почему-то показался ей знакомым.

– Мое дорогое дитя, – произнес господин несколько высокомерно, – ваши колебания и сомнения хотя и трогательны, но совершенно беспочвенны. По возрасту я гожусь вам в деды.

Слегка покраснев, она посмотрела ему прямо в глаза:

– Простите меня, сэр. Мои сомнения вызваны лишь тем, что я боюсь докучать своими проблемами незнакомому человеку.

– Вы меня поставили на место, – ответил незнакомец, – так, может быть, будете столь добры и скажете, почему эта добрая женщина не хочет предоставить вам ночлег.

– Я не имею права даже винить ее в этом, сэр, – честно призналась мисс Чалонер. – У меня и в самом деле нет ни служанки, ни багажа, и я прибыла сюда дилижансом. Мое появление слишком необычно, и я должна была раньше подумать о том странном впечатлении, которое могу произвести своим появлением в таком виде.

– Что касается потери вашего багажа, боюсь, в этом случае я бессилен, но комнату я вам сейчас обеспечу.

– Буду вам очень благодарна, сэр. Англичанин повернулся к хозяину, тут же

изобразившему на лице самое почтительное внимание.

– Ваша глупость, любезный Буасон, просто прискорбна, – небрежно сказал пожилой джентльмен, – вы немедленно проводите эту леди в удобную комнату.

– Да, сударь, разумеется… Если сударь так пожелает… Но…

– Мне кажется, – заметил англичанин, – что я не высказал желания разговаривать с вами.

– Нет, сударь, не выразили, – согласился хозяин, – моя жена сейчас проводит мадемуазель наверх. Большую фасадную комнату, Селестина!

Мадам возмутилась:

– Что? Большую комнату?

Хозяин подтолкнул жену к лестнице.

– Большую комнату, и поворачивайся поскорее!

Англичанин повернулся к мисс Чалонер:

– Вы, по-моему, заказывали ужин в комнату? Прошу вас оказать мне честь и поужинать, сегодня со мной в моих апартаментах. Буасон проводит вас в мою личную salle.

Мисс Чалонер заколебалась:

– Чашку супа в комнату – это все, что мне надо, сэр…

– Вы найдете, уверен, более занимательным ужин в моей компании, – пообещал он. – И позвольте успокоить ваши сомнения, сообщив вам, что я знаком с вашим дедом.

Мисс Чалонер сильно побледнела:

– Моим дедом, сэр?

– Разумеется. Я слышал, как вы сказали, что ваше имя – Чалонер. Я знаю сэра Джиля уже почти сорок лет, и позвольте сказать, что вы очень на него похожи.

После этих слов мисс Чалонер поняла, что бесполезно отрицать свое родство с сэром Джилем. Она молчала, обеспокоенная и довольно растерянная.

Легкая улыбка скользнула по губам джентльмена.

– Вы правильно поступили, – прокомментировал он ее молчание со сверхъестественной проницательностью. – Я ведь все равно никогда не поверил бы, что вы – не его внучка. Могу я предложить вам следовать за этой почтенной дамой наверх? Вы присоединитесь ко мне, когда вам угодно будет это сделать.

Мисс Чалонер вдруг захотелось смеяться.

– Очень хорошо, сэр, благодарю вас, – сказала она и, еще раз почтительно присев перед господином в черном, последовала за хозяйкой.

Ее проводили в одну из лучших комнат, это она поняла сразу, и тут же служанка принесла ей воды в медном кувшине. Мисс Чалонер вытряхнула содержимое ридикюля и с сожалением посмотрела на вещи, лежавшие перед ней. Какое счастье, что она сунула в сумку чистую шемизетку и могла теперь накрыть плечи, скрыв дыру на платье там, где все еще давала о себе знать ноющая рана.