Флиндерспелд бывал порой чуть-чуть усерднее, чем следовало бы.

К'арлайнд установил контроль над телом своего раба и заставил Флиндерспелда сбросить магическую маскировку, выползти из укрытия и попытаться ускользнуть.

Глубинный гном привлек внимание Преллин. Она поднялась, забыв про лежащего на камнях К'арлайнда. Ее глаза так и впились в подвеску.

— Дай мне это, — приказала она.

К'арлайнд заставил Флиндерспелда колебаться.

— Ты слышал ее, раб, — резко бросил К'арлайнд, садясь. — Отдай это ей!

Сбитый с толку Флиндерспелд взглянул на хозяина. Что тот затеял? Обычно маг требовал от гнома где-нибудь спрятаться, дабы сберечь все добытое добро для себя.

К'арлайнд, теряя терпение, мысленно подтолкнул его. Рука глубинного гнома дернулась вперед. Подвеска, которую Флиндерспелд держал за цепочку, закачалась взад и вперед, как маятник.

Преллин потянулась было схватить ее, но вдруг отпрянула, словно та была намазана контактным ядом.

К'арлайнд поднялся на ноги. Благодаря кольцам он чувствовал, что до Флиндерспелда начинает доходить. Хозяин хотел, чтобы Преллин увидела серебряную подвеску. Еще глубинный гном недоумевал, почему жрица так испугалась ее.

К'арлайнд изобразил полное неведение.

— Что такое? — спросил он Преллин. Он подошел к Флиндерспелду и нагнулся рассмотреть кулон поближе, делая вид, будто впервые видит его. — Интересная эмблема на клинке, — заметил он, протягивая руку к вещице. — Круг и меч. Если не ошибаюсь, это символы…

Единственным предупреждением стало шипение стали — звук оружия, вытаскиваемого из ножен. Он отдернул руку в тот самый миг, как меч Преллин перерубил цепочку, которую держал Флиндерспелд. Не сделай К'арлайнд этого, и клинок, вполне возможно, рассек бы ему кисть. Подвеска звякнула о камни.

Флиндерспелд все еще держал крохотный меч. К'арлайнд заставил глубинного гнома положить его на плоский обломок скалы, потом ослабил ментальную хватку, позволяя Флиндерспелду улизнуть. Он не желал, чтобы глубинный гном угодил под горячую руку и пал жертвой гнева Преллин. Если это случится, К'арлайнд останется без раба, а не имея за душой ни гроша, другого он купить не сможет.

— Эта подвеска — священный символ Эйлистри, — бросила Преллин, кривя губы, словно попробовала на вкус нечто отвратительное. — Скажи спасибо, что я не дала тебе коснуться его.

— Спасибо, — учтиво поблагодарил К'арлайнд. И указал: — А этот крохотный меч? Он тоже имеет отношение к вере Эйлистри?

Острием меча Преллин столкнула крошечный меч в глубокую трещину среди камней.

— Это тебе тоже лучше не трогать.

— Я не буду, — заверил К'арлайнд, — но что священный символ Эйлистри делает здесь, в Чед Насаде?

— Должно быть, его притащила сюда одна из ее жриц перед падением города. Время от времени они это делают — спускаются вниз, чтобы попытаться смутить детей Ллос и соблазнить их жизнью в Верхнем Мире.

— Где простаков, попавшихся на эту удочку, конечно, сразу убивают.

Преллин рассмеялась:

— Как мало ты знаешь, мужчина. Последователи Эйлистри действительно приветствуют чужаков в своих рядах.

— Любых чужаков? — переспросил К'арлайнд, думая о своей сестре. — Даже если те верят в Ллос?

Преллин бросила на него острый взгляд. На миг К'арлайнду показалось, что она не ответит.

— Если дроу объявит, что хочет обратиться в веру Эйлистри, то да.

— Но… — К'арлайнд нахмурил брови, пытаясь сформулировать мысль вслух.