В груди у Дикого застучало сильнее – он почувствовал азарт. И слабое, еле уловимое желание предупредить Мягкое Мясо, недостойное настоящего Охотника. Вмешательство в естественный отбор – табу. А здесь и сейчас Дикий наблюдал именно его. И еще какие-то странные эволюционные изменения. Странные, потому что неестественно быстрые. Тут впору вести речь не об эволюции, а о мутации. Или психическом отклонении, причем и у клыкача, и у Мягкого Мяса. Или Мягкое Мясо просто самоубийца. Хотя не исключен вариант, что с клыкачами эта самка уже неоднократно встречалась, а потому и не испытывала страха. А смысл бояться, если ты зверю не интересен даже как объект изучения? Про потенциальный источник пищи и речи не идет. Но вот запах ей явно незнаком – Дикий достаточно хорошо разбирался в мимике Мягкого Мяса, чтобы утверждать это наверняка. Что ж, это будет любопытно…

И Дикий даже не предполагал, до какой степени. Сначала самка Мягкого Мяса дошла до кучки помета – и та моментально привлекла ее внимание. Самка присела, осмотрела находку со всех сторон, потом несмело ткнула в нее пальцем и… поднесла вплотную к носу! Дикий на этом моменте чуть не сверзился с дерева, до такой степени глупым был поступок Мягкого Мяса! Мало того, самка, чуть поколебавшись, лизнула палец, пробуя экскременты на вкус! Нет, наиболее старые и опытные Охотники из Древней Крови владели похожим навыком, но позволять себе такое на другой планете?! В совершенно чуждом окружении?! С другой стороны, никакого защитного снаряжения за исключением легкой облегающей одежды Дикий на самке не заметил. А значит, пришлые уже достаточно хорошо освоились в этом мире, чтобы убедиться в его относительной безвредности для их организмов. Что ж, какая-то логика во всем этом прослеживалась… ровно до тех пор, пока самка не поднялась на ноги и не продолжила путь к своей неведомой цели.

Тут Дикий едва сдержал стон разочарования в умственных способностях Мягкого Мяса. А через несколько ударов в груди медленно выпустил воздух сквозь зубы – дорожки двух существ пересеклись. На узкой, плохо протоптанной тропке, что тянулась вдоль берега, временами ныряя под кроны деревьев. Клыкач, до того чутко прислушивавшийся и водивший носом, одним слитным движением оттолкнулся от ствола и в мгновение ока оказался прямо перед Мягким Мясом, преградив путь. Но самка, споткнувшись и вскрикнув от неожиданности, подозрительно быстро успокоилась, выпрямилась во весь рост и на деревянных ногах зашагала… прямо в ждущие объятия клыкача!

Зверь не сделал ни единого шага навстречу, но жертву это ничуть не смутило. Наоборот, казалось, придало решительности. Но буквально в локте от присевшего на задние лапы джунглевого монстра она все же остановилась, бестрепетно глядя ему в морду, оказавшуюся на уровне ее лица. Дикий скривился, представив, какой смрад доносится из пасти, но в следующее мгновение широко раскрыл глаза от нешуточного удивления: клыкач пустил в ход вспомогательные щупальца – все шесть, вонзив их крючьями в плечи, руки и бока самки Мягкого Мяса. Та на это вообще никак не среагировала, продолжая гипнотизировать зверя взглядом. Или наоборот? Прийти к какому-то конкретному выводу Дикий не успел, потому что в тот момент, когда он задался этим вопросом, клыкач взмахнул хвостом, как будто хотел хлестануть самого себя по спине, и вонзил костяной наконечник жертве в лоб. Шип вошел в голову самки на всю длину, и та умерла мгновенно, даже не успев понять, что произошло. А клыкач, движением хвоста наклонив пробитую голову жертвы, впился клыками в открывшуюся шею…

Дикий подтянулся к стволу и устроился в более устойчивой позиции, про себя испустив тяжкий вздох: похоже, его охотничий поход затягивается.