– Конечно, – не успев как следует подумать, выпалила я.

Он улыбнулся, и мое сердце снова радостно забилось.

– Значит, ты все-таки решила начать со мной разговаривать? – уставившись себе под ноги, спросил Эван.

– Мне не следовало это делать. Но это ведь только вопрос времени, как скоро ты сможешь понять, что во мне нет ничего интересного, и я снова сделаюсь незаметной и перестану для тебя существовать.

Он рассмеялся и посмотрел на меня, явно пытаясь понять, шучу я или нет, что меня жутко разозлило.

Вся имеющаяся в моем организме кровь сразу прилила к щекам.

– Это Сарин джемпер, – призналась я и тут же потупилась, чтобы он, не дай бог, не заметил резкого изменения цвета моего лица.

– Мне нравится, – заявил он. – Тебе идет.

Возможно, мое согласие пообщаться с ним было не самой лучшей идеей. Разговор принял такой оборот, к которому я была совсем не готова. Интересно, и как мне следует реагировать на подобные комментарии?! Я сделала глоток горячего шоколада и непроизвольно втянула сквозь зубы воздух, почувствовав языком обжигающий напиток.

– Что, слишком горячо? – поинтересовался он.

– Угу. Похоже, я теперь неделю не буду чувствовать вкуса еды.

В ответ он снова улыбнулся. А я поняла, что хватит мучить свое бедное сердце, и от греха подальше уставилась в землю.

– Если хочешь, у меня под скамьей игроков есть бутылка воды.

– Не стоит. Спасибо. Все, ущерб уже причинен.

Я даже не успела понять, как это вышло, но мы сделали круг и теперь шли по полю перед трибунами, где чирлидеры призывали болельщиков скандировать: «Уэслин!» Я подняла глаза в надежде отыскать Сару. Радостно помахав мне рукой, она показала на Эвана. Похоже, у нее был самый натуральный шок. В ответ я только пожала плечами и поспешно отвернулась.

– Ну что, ты уже со многими успел познакомиться? – как можно более небрежно спросила я.

Похоже, он прилип ко мне просто потому, что никого здесь не знал. А вот почему он выбрал именно меня – это уже другой вопрос.

– На самом деле – да, – к моему смятению, ответил он. – Здесь здорово помогают контакты с членами нашей футбольной команды и работа для газеты. Это дает мне прекрасный повод завести разговор. И всегда кто-нибудь готов просветить меня на тему «кто есть кто». Именно так я и узнал о тебе, что, правда, оказалось сложнее, чем я думал. – И, не дав мне возможности спросить, что именно он узнал, Эван продолжил: – Итак, тебя зовут Эмили. Да? – (Я только слегка пожала плечами.) – Тогда почему все зовут тебя Эммой?

Мне уже давным-давно не задавали этого вопроса, но я нашла в себе смелость честно ответить:

– Мой папа так меня называл.

И я поспешила закрыть тему, но Эван и не настаивал на продолжении.

Мы миновали трибуны и теперь стояли на поле в их тени. От волнения у меня стучало в ушах. Я слушала и не слышала объявлений и ободряющих выкриков с трибун. А еще я хотела и одновременно боялась выяснить, что же такого он обо мне узнал. Не в силах больше сдерживать любопытство, я спросила:

– И что еще тебе удалось раскопать?

– Кроме того, что и так всем известно? Кроме твоей безупречной характеристики, увлечения различными видами спорта и всего прочего?

– Да, кроме этого, – задержав дыхание, произнесла я.

Ну ладно. Никто, если не считать Сары, ничего не знал о моей жизни. Значит, он и подавно. Так чего раньше времени паниковать?!

– Ну, мальчишки не приглашают тебя на свидания, потому что боятся. А девчонки считают, что ты задавака и именно поэтому выбрала себе в подруги самую популярную девочку в школе. Наверное, остальные недостаточно хороши для тебя, – сказал он, а у меня от удивления округлились глаза.