Она отключила телефон и спрятала его в сумочку. Затем положила на стол несколько купюр, аккуратно прижала их пепельницей, поднялась из-за стола и оправила юбку.

Темные, по-детски пухлые губы Фатимы шевелились, беззвучно произнося пылающие строки Корана. От строки к строке, от слова к слову страх уходил из ее души, уступая место ненависти и решимости.

В вестибюле офиса ей навстречу поднялся рослый охранник в синей форме и с дубинкой на широком поясе.

— Девушка, вы к кому? — спросил он с фальшивой вежливостью в голосе.

Она представила, как этот рослый, сильный мужчина снимает с пояса дубинку и коротко, наотмашь бьет ею по голове маленького темноволосого ребенка в дырявом, замызганном спортивном костюмчике. Она представила себе это так четко, что увидела струйки крови, сбегающие на ворот ребенку.

— К кому вы? — повторил охранник.

Фатима поправила сумочку и улыбнулась:

— Sorry… То есть извините. — Русские слова она произносила с небольшим английским акцентом, но предложения строила правильно, так, как и должна была говорить на русском языке английская журналистка, прожившая в России несколько лет. — Я из газеты «Москоу ньюс». Хотела встретиться с господином Карасевым по поводу интервью.

— А вам назначено?

Виноватая улыбка — и вслед за тем:

— Боюсь, что нет. У меня срочное задание, но я не смогла дозвониться до господина Карасева. Возможно, это получится сделать прямо сейчас?

Охранник окинул ее с ног до головы подозрительным взглядом. Фатима сняла солнцезащитные очки и улыбнулась охраннику приветливой, белозубой улыбкой. Она была очень симпатичной девушкой — и знала это. Охранник улыбнулся в ответ.

— Хорошо, — сказал он добродушным голосом. — Я попробую выяснить. — Он подошел к стойке с белым телефоном, снял трубку, стукнул пару раз по кнопкам, затем облокотился о стойку локтем и подмигнул Фатиме. — Алло, Анатолий Николаевич? К вам тут посетительница. Говорит, что…

Фатима уже не слушала.

— Аллах акбар! — выдохнула она и соединила контакты детонатора.

Взрыв потряс стены офиса.

Часть первая

ЗА ПОЛТОРА МЕСЯЦА ДО ВЗРЫВА

Глава 1

ЗАДАНИЕ

Засидевшись над учебниками, следователь Владимир Дмитриевич Поремский лег спать в три часа ночи. Ночью ему приснился странный и немного тревожный сон. Ему снилось, что он поступил в аспирантуру и в первый же день занятий его отправили читать лекцию первокурсникам. Только вместо лекции он вдруг стал читать первую главу из «Евгения Онегина»:

Заверещавший будильник прервал поэтические чтения.

Проснувшись, осоловелый Поремский долго не мог понять, где он находится. И, лишь разглядев на потолке знакомый узор трещинок (при известной доли фантазии в нем можно было разглядеть очертания обнаженной девушки, расчесывающей волосы), Поремский понял, что лежит на диване в собственной квартире и что через двадцать минут ему нужно выходить на работу. Дальнейшие действия Владимира Дмитриевича были выполнены быстро и четко — на автопилоте. Тряхнув головой и окончательно проснувшись, он обнаружил себя стоящим в прихожей с портфелем в руке. Рубашка была застегнута, галстук аккуратно повязан, шнурки на туфлях зашнурованы. Вот только светлые волосы были слегка всклокочены, но искать расческу не было ни желания, ни сил.

Пригладив волосы рукой, следователь Генпрокуратуры по особо важным делам Поремский покинул квартиру.

Телефонный звонок застал Владимира Дмитриевича за приготовлением кофе. Он спокойно высыпал содержимое ложки в свою любимую огромную чашку (которую мама Владимира Дмитриевича упорно называла супницей), аккуратно положил в чашку ложку и только потом снял трубку.