Борщ с пылу с жару сразу есть оказалось невозможно, несмотря на хорошую ложку сметаны, которая, хоть и снизила температуру блюда, но недостаточно. Так что какое-то время помешивали его ложками, торопя остывание, и плотоядно поглядывая на горку рулетиков, похожих на свёрнутые трубочками блины, но не круглые, а прямоугольные.

Едва приступили к трапезе, прикусывая эти рулетики вместо хлеба (вкусно, лаваш в который завернут творог с зеленью), как за окном застучали копыта и заворчал мотор. Два дядьки с помятыми лицами поздоровались и были усажены за стол. От добавки отказалась только хозяйка, так что кастрюлю вычерпали до дна, а блюдо опустошили. Оба пришедших недовольно зыркали друг на друга, и молчали.

Первыми усвистали мальчишки, а остальные принялись за чай. Тут и завязался разговор.

- Заяса, мы к тебе по делу, начал один из вновьприбывших. - Трошин постоянно залетает плугом за межу ко мне на участок, замучил в конец. Как навыворачивает комьев, так у меня потом на этом месте культиватор начинает путаться, пропускает или зарывается, а то и обламывался, случалось.

- А мне иначе из рукавчика не вырулить, а оставлять его незасеянным жалко, там что люцерна, что горох, да и зерновые отлично растут. А плуг поднимать - так потом ещё и с сеялкой надо ритм в этом месте сбивать, а с бороной вообще, целая история, - оправдывается "ответчик".

"Истец" вздыхает. Понятно, тема поднимается не первый раз, надоела обоим, однако предыдущие "обсуждения" никакого успеха не принесли. Разве, что у одного на лице что-то похожее на проходящий синяк, да ссадина на скуле у другого подёрнулась коростой. А Заяса выводит на экран кухонного недокомпьютера план упомянутого участка местности.

- Так, какой, говоришь, у тебя радиус разворота под широкозахватным плугом?

Дуги и линии, наложенные на изображение, показали геометрическую компоненту проблемы.

- Вот тут тебе, Трошин, уголок лесного язычка вырубить, и тогда нормально проедешь с любыми навесками, намечает решение Заяса.

- Я несогласный, - это уже "истец". - Там самый лучший орешник, и ребятишки пасутся в нём. А вот тут у них место с халабудой, где они в вигвам играют.

- А коли ты несогласный, тогда отодвинься от этого места, не унимается "судья".

- А тогда я сам вот в этом углу не развернусь, у меня тоже имеется радиус разворота.

- Ну, тут всего-то сотки три-четыре теряется, неужто их в другом месте нельзя отхватить от Трошина?

- Так в этом углу как раз и растёт лучше всего, сюда сходятся склоны и скапливается влага. Мы даже удобрения здесь не вносим - их сверху стягивает вода.

Детский вопль, раздавшийся неподалеку, вызвал мгновенное испарение хозяев, за которыми быстро проследовали остальные участники "межевой тяжбы". Младшего сняли с ветки и, смазав локоть йодом, вернулись обратно к остывающим кружкам. Разговор изменил характер - пошёл поиск решения. А для его реализации предлагались и сдвиги границы, и вырубка лесополосы на кромке поля, но, в конце концов решили заехать встречной дугой в поле ответчика - тогда техника во всё вписывалась, и оставалось только почаще расставить реперы в зоне исчерпывающегося конфликта.

- Так Вы, Заяса, мировой судья, - поинтересовался военный.

- Бывает. Когда наскандалятся до мордобоя, жёны их отправляют искать справедливости. Тут-то техническое решение проканало, а бывает, что кому-то нужно уступить или извиниться - вот тогда чистый ужас. До истерик доходит. Но обычно в таких случаях к здешнему доктору отправляются - она у нас всеобщая любимица, как улыбнётся - мужики сразу потише становятся. Но женщины этого не любят. Потом мужья глупеют и начинают с букетами вокруг больнички отмечаться. Кому смех, а кому ревность.

А через окно было видно, как давешние спорщики уселись в одну драндулетку, к которой привязали мерина, привёзшего сюда одного из них.