– Нет, ты подумай! – возмущалась Оля. – Не звонил три дня, объявился, только чтоб потрепаться… Душевности – ноль. Планов никаких. И еще намекает, будто у меня рота мужиков!

– Ну, что ж, – резонно заметила Поля, – просто перенес ваш опыт на весь твой образ жизни. Вообще говоря, с чего бы ему думать иначе? Он же не идиот. Согласись, приписать твою безотказность исключительно собственной неотразимости – у него нет оснований.

– Ты думаешь? Но с какой стати он меня ревнует? У самого жена и двое пацанов… Ведь ревнует?

– Натюрлих!

– И главное, что обидно, – томилась Ольга, – ведь я уж готова была оценить его, прямо скажем, неброские достоинства. Ну, пусть не жар-птица, бог с ней! Пусть такой вот пингвин в погонах. Так нет же! И пингвин приписан к другому ведомству! – она всплеснула руками. Полина засмеялась. – У него, видишь ли, траектория! И как тебе эта бредовая теория?

– Не такая уж она бредовая. Даже довольно изысканно для полковника, – хладнокровно заметила подруга.

– Нет, но почему мы не можем жить, как они – скучно, но безошибочно? Нудно, но стабильно? – Ольге хотелось увериться, что Саша, в сущности, живет плохо, только не решается себе в этом признаться. – И почему ж это моя траекто