|
В руках у него была сумка с бутылкой сухого вина и каким-то печеньем. Не успел он сделать и двух шагов от двери лифта к своей квартире, как кто-то ударил его чем-то тяжелым по голове, проломив череп. Соседи, услышав шум, застали Богатырева истекающим кровью на лестнице и немедленно вызвали «Скорую». Та увезла пострадавшего в больницу, где он спустя почти два месяца и скончается. В диссидентских кругах это нападение было немедленно связано с происками КГБ, которое таким образом мстило поэту за его правозащитную деятельность (Богатырев в молодые годы сидел в сталинских лагерях, затем был реабилитирован). Вот как об этом пишет А. Сахаров:
«С самого момента ранения Богатырева очень многими стало овладевать глубокое убеждение, что Костю убил КГБ. Не случайные собутыльники (были у него и такие при его свободной и «легкой» жизни), а подосланные убийцы, по решению, сознательно и заранее принятому в кабинетах Лубянки. Какие доказательства? Зачем? Надо прямо сказать, что на оба этих вопроса нет сколько-нибудь исчерпывающих ответов. И поэтому на главный опрос «Кто убийца?» тоже разные — хорошие и честные — люди отвечают по-разному. Даже мы с Люсей (Еленой Боннэр. — Ф.Р.) стоим тут несколько на разных позициях. Она, при отсутствии прямых доказательств вины КГБ, склонна подозревать случайную ссору с пьяными друзьями-врагами. Я же, интуитивно собирая в уме все факты, считаю почти достоверным участие КГБ. А совсем достоверно я знаю следующее: объяснить случайными хулиганскими или преступными действиями «людей с улицы» все известные нам случаи убийств, избиений, увечий людей из нашего окружения невозможно — иначе пришлось бы признать, что преступность в СССР во много раз превышает уровень Далласа и трущоб Гонконга! Что же заставляет меня думать, что именно Константин Богатырев — одна из жертв КГБ? Он жил в писательском доме. В момент убийства постоянно дежурящая в подъезде привратница почему-то отсутствовала, а свет — был выключен. Удар по голове, явившийся причиной смерти, был нанесен, по данным экспертизы, тяжелым предметом, завернутым в материю. Это заранее подготовленное убийство, совершенное профессионалом, — опять же в полном противоречии с версией о пьяной ссоре или «мести» собутыльников… О возможных мотивах убийства Богатырева КГБ. Богатырев был очень заметный член писательского мира, являющегося предметом особой заботы КГБ… Вел он себя недопустимо для этого мира свободно; особенно, несомненно, раздражало КГБ постоянное, открытое и вызывающее, с их точки зрения, общение Богатырева с иностранцами в Москве. Почти каждый день он встречался с немецкими корреспондентами, они говорили о чем угодно — о жизни, поэзии, любви, выпивали, конечно. Для поэта-германиста, говорящего по-немецки так же хорошо, как по-русски, и чуждого предрассудков советского гражданина о недопустимости общения с иностранцами, — это было естественно. Для КГБ — опасно, заразно, необходимо так пресечь, чтобы было неповадно…» В ночь на понедельник, 26 апреля, скоропостижно скончался член Политбюро, министр обороны СССР Андрей Гречко. Эта смерть для большинства аналитиков на Западе стала полной неожиданностью: внешне 72-летний Гречко выглядел лучше всех членов Политбюро и никакими хворями вроде бы не страдал. Буквально за два дня до смерти он встречался с министром обороны Мозамбика Чипанде и выглядел вполне здоровым. И вдруг — смерть. Как вспоминает личный повар министра В. Бондарев: «Гречко скончался при странных обстоятельствах. После ужина он пошел к себе, беспокоить хозяина дома было не принято. А утром семья не дождалась Андрея Антоновича к завтраку. Побежали внучки и нашли деда в кресле. Он был мертв. Смерть наступила около одиннадцати часов вечера, вскоре после ужина. Официальная причина — сердечная недостаточность. Скорее всего так оно и было, но смерть на объекте — всегда ЧП, поэтому перетрясли весь персонал. |
