Помню свой неописуемый восторг, когда поезд набрал разбег от Белорусского вокзала и взял путь на Запад: только тогда я понял, что все происходящее не является сном и я действительно еду на родину… не Эрнста Тельмана, а киностудии «ДЕФА», где снимались фильмы про индейцев. Всю дорогу до Бреста мы с моим

Одноклассником Серегой Зикеевым и еще двумя попутчиками по купе бегали в вагон-ресторан и покупали там лимонад иностранного производства (то ли немецкий, то ли польский). В красиво рифленых бутылках было самое разнообразное питье, которого до этого мы никогда не пробовали: гранатовый сок, клюквенный морс, кока-кола и т. д. Помню, за сутки пути я осилил 12 бутылок.

Однако на территории Польши наше путешествие едва не закончилось. Где-то под Варшавой поезд сошел с рельс, но благодаря счастливой случайности — электровоз завалился на мачту ЛЭП — состав не рухнул с путей. Никто из пассажиров не пострадал: я сам в момент аварии находился в коридоре и отделался легким испугом, когда вместе с оконным поручнем рухнул на пол.

Мы лишние несколько часов — пока нам меняли электровоз — пробыли в Варшаве. Честно говоря, город произвел на меня не самое приятное впечатление — уж слишком грязным он выглядел. Поскольку из-за случившегося мы так и не успели пообедать, руководители группы повели нас в привокзальный ресторан. Это посещение осталось в моей памяти как нечто забавное. Нам дали по вареной курице и вручили вилки и ножи. Поскольку большинство из нас ножом пользоваться не умели, первое общение с этим прибором выглядело плачевно. К примеру, моя курица, после того как я попытался атаковать ее с двух сторон вилкой и ножом, заскользила по тарелке и едва не улетела на пол. Кто-то из нас первым подал пример всем остальным: плюнул на всяческие приличия и принялся уплетать курицу рабоче-крестьянским способом — с помощью рук.

Кстати, в той же столовой я обнаружил у себя под столом монетку стоимостью 20 грошей. Радости моей не было предела, и я решил сразу после трапезы купить себе в ближайшем киоске что-нибудь на десерт — типа популярной польской жвачки «Болек и Лелек». Но, увы — на эти гроши нельзя было даже газету купить.

В Берлин мы прибыли рано утром. Помню совершенно пустынный город, по которому мы ехали на такси. Что нас больше всего поразило, так это поведение таксистов: несмотря на то что улицы были пустынны, они педантично останавливались на красный свет светофоров.

У себя на родине мы привыкли видеть совсем другую картину. Жить нас определили на первом этаже жилого дома, неподалеку от школы, которая, собственно, и организовала наш приезд сюда по дружескому обмену.

Съемочная группа фильма «Несовершеннолетние» во главе с режиссером Владимиром Роговым вот уже две недели находится в Краснодаре, где снимает натурные эпизоды. Сценарист фильма Эдуард Тополь ехать в пыльный город отказался, предпочтя поселиться в его более экологически чистом пригороде — в пионерском лагере «Орленок», где приступил к написанию сценария нового фильма. Он надеялся при благоприятном раскладе управиться с этим делом максимум за пару-тройку недель, но этим надеждам не суждено было осуществиться. А все потому, что Тополя угораздило… влюбиться. Его дамой сердца стала молоденькая медсестра из лагерного медпункта. Как вспоминает сам сценарист, это была девушка с тонким станом, высокими оливково-шоколадными от загара ногами, густой копной черных волос до пояса, маленькой грудью, удлиненным нежным абрисом лица и огромными темными глазами застенчивой серны.

Роман протекал бурно. Днем влюбленные купались и загорали, а ночью отдавались во власть всепоглощающей страсти. Девушка сама приходила в комнату к сценаристу и позволяла тому себя раздеть, уложить в постель, целовать и терзать, сколько его душе, а вернее, плоти заблагорассудится. Правда, с одним «но»: полностью овладеть собой девушка не разрешала, видимо, блюдя себя для будущего мужа.