Владимиру Высоцкому, который несколько дней назад вернулся из США, позвонили из КГБ и попросили приехать в гостиницу «Белград» для конфиденциальной встречи. При этом вежливо попросили никому об этом не говорить. Но Высоцкий их просьбу проигнорировал и взял с собой на встречу своего приятеля Валерия Янкловича. Спустя полчаса они уже были в указанной гостинице. Правда, в номер, на встречу, Высоцкий отправился один, а друга попросил подождать его в машине.

В номере Высоцкого встретили двое сотрудников «пятерки» (5-го Управления КГБ, курировавшего идеологию). Первое, о чем спросили артиста: как он решился без официального разрешения вылететь в США. Последовал хорошо известный нам ответ: дескать, жена там лечилась, а я ее сопровождал. А когда этот ответ чекистов не удовлетворил и они попытались приструнить артиста, тот неожиданно резко сказал: «Я сам знаю, что мне можно и что нельзя. И что вы можете мне сделать? Я всего достиг сам».

Следующей темой, которой коснулись чекисты, было участие Высоцкого в альманахе «Метрополь». Но Высоцкий и здесь не спасовал: сказал, что готов обсуждать эту тему только в присутствии остальных участников альманаха. Тогда чекисты задали ему следующий вопрос, ради которого, как понял артист, его сюда и позвали: дескать, не он ли переправил оригинал альманаха в Америку? Уж больно, мол, подозрительное совпадение: Высоцкий приезжает в Штаты, и тут же издатель Карл Проффер заявляет о том, что у него имеется оригинал сборника и что он немедленно готов приступить к изданию альманаха. Высоцкий ответил честно: «Нет, не я. Это простое совпадение». И так уверенно это произнес, что у чекистов не осталось сомнений — не врет. Тогда последовал еще один вопрос: где деньги за американские концерты (Высоцкий заработал 38 тысяч долларов)? Артист ответил вопросом на вопрос: «А вы знаете, сколько стоит лечение в Америке?» Больше вопросов ему не задавали.

В субботу, 3 февраля, газета «Советская культура» опубликовала любопытную заметку, принадлежащую перу заместителя начальника Куйбышевского областного УВД В. Николича. Речь в ней шла о проблеме жестокости в советском кинематографе. Да-да, мой читатель, в те годы эта проблема тоже имела место быть, хотя та киношная жестокость не шла ни в какое сравнение с нынешней. В те годы человека если и били по лицу на экране, то кровь из раны не била фонтаном, забрызгивая экран чуть ли не наполовину. Все тогда было гораздо невиннее. Но даже такие эпизоды не давали покоя блюстителям нравственности. Вот как об этом пишет тот же В. Николич:

«Драться в наших фильмах стали так же продолжительно и изощренно, как в пресловутых западных боевиках. Но стоит ли копировать образцы чуждой нам «массовой культуры»?..

Не могу забыть «классической» драки в фильме «Любовь земная». Кстати, тоже в целом хорошей ленты. Но что добавляет к характеристике персонажей это бесчеловечное побоище (речь идет о сцене, где братья Поливановы избивают Захара Дерюгина за то, что он гуляет с их сестрой. — Ф. Р.)? При чем здесь, скажите, реалистическое искусство, призванное будить в сердцах высокие чувства? Чистейший натурализм!..»

Кстати, именно в тот момент на киностудиях страны находились в производстве сразу несколько фильмов, где драки должны были стать чуть ли не двигателем сюжета. В частности, на Киностудии имени Горького готовились съемки блокбастера «Пираты XX века», где речь шла о захвате советского грузового судна с медикаментами бандой вооруженных до зубов пиратов. По сценарию драк в этом фильме в избытке, причем не просто кулачных, а каратешных. По задумке авторов фильма — режиссера Бориса Дурова и сценариста Станислава Говорухина — драки должны быть сняты эффектно, с привлечением лучших специалистов этого дела. Вот почему на главные роли пригласили многократного победителя чемпионатов Узбекистана по карате Талгата Нигматулина и мастера рукопашного боя Тадеуша Касьянова.