|
Готовые изделия паковались в полиэтиленовые мешочки, аккуратно заклеивались при помощи паяльника. На мешочки вешались бирки, снятые на «Вымпеле» с импортных тканей. Когда все было готово, товар отдавался посреднику, который платил Баранову за каждую футболку от 7 до 12 рублей. А посредник продавал футболки москвичам и гостям столицы уже по 20–25 рублей. Взяли спекулянтов в общем-то случайно. Гонец нес партию товара к спекулянту на толчок, что издавна функционировал на Беговой улице, и на него обратил внимание милиционер. «Что в чемодане?» — поинтересовался страж порядка у парня. Тот попытался убежать, но был схвачен. В отделении милиции чемодан открыли и обнаружили там 99 упакованных в мешочки футболок. В итоге Баранов получил по суду 3 года колонии, его напарник — на год больше.
8 марта в Кремле был устроен торжественный прием, на который явились жены всех руководителей государства. Для жены секретаря ЦК КПСС Михаила Горбачева Раисы Максимовны это мероприятие стало первым выходом в кремлевский свет. В Москву эта чета перебралась в ноябре прошлого года, и все это время жена Горбачева была далека от кремлевского истеблишмента: она все время проводила либо на казенной даче в Сосновке, что неподалеку от Крылатского, либо в Институте философии. И вот — первый выход в свет. Раиса Максимовна готовилась к нему с большим волнением. Но ничего, кроме разочарования, он ей не принес. Вот как об этом вспоминает М. Горбачев: «Все жены руководителей выстроились при входе в зал, чтобы приветствовать иностранных гостей и соотечественниц. Раиса Максимовна встала там, где было свободное место, нисколько не подозревая, что тут действует самая строгая субординация. Одна из «главных» дам — жена Кириленко, рядом с которой оказалась Раиса Максимовна, обратившись к ней, без стеснения указала пальцем: — Ваше место — вот там… В конце. Раиса Максимовна все время повторяла: что же это за люди?..» В тот же праздничный день 8-е Марта в «Советской культуре» появилась первая в Советском Союзе крупная статья о «Битлз». До этого времени о легендарной ливерпульской четверке в СССР, конечно, писали, но главным образом либо в ругательном, либо в пренебрежительном тоне. А упомянутая статья в органе ЦК КПСС (!) и размерами своими поражала (почти две полосы: на одной была пересказана краткая биография группы, на другой рассказывалось о всплеске «битломании» в наши дни), и написана была в доброжелательном тоне. Жаль только, что вышла поздновато — с момента распада группы прошло уже 9 лет. Но, как говорится, лучше поздно, чем никогда. Истинные битломаны меня поймут. Ведь Советский Союз на тот момент, наверное, был той редкой страной в мире, где пока еще не было выпущено ни одного (!) большого диска ливерпульской четверки — только миньоны. По ТВ ни разу не показали даже кусочек их концертного выступления, и единственным своим кратчайшим появлением на советском ЦТ «битлы» были обязаны передаче «Международная панорама» — в ее заставке демонстрировался кадр из их фильма «Вечер после трудного дня». Короче, битломанам в СССР приходилось несладко. Вот уже почти три месяца Москва полнилась слухами о неуловимых преступниках, которые грабили людей, нападая на них поздно вечером и раздевай чуть ли не до нижнего белья. Молва утверждала, что за преступниками числилось уже несколько десятков нападений. На самом деле слухи были несколько преувеличенными. Грабители действительно существовали, но на серьезную шайку они явно не тянули. Главарем был 18-летний Болтунов (фамилия изменена) — учащийся одного из столичных СГПТУ, который встал на скользкую дорожку в январе этого года. Испытывая острую нужду в деньгах, он как-то вечером нагнал на темной улице припозднившегося прохожего и, сорвав с его головы заячью шапку, был таков. |
