Совсем недавно, глаза главы клана Учиха, вновь эволюционировали, из высшего шарингана превратившись в «рениган», (при этом не потеряв свойств шарингана). После гибели брата, Мадара днями напролет изнурял себя тренировками, спарринговался с сильнейшими ниндзя конохи, (в основном с Хаширамой, так как все остальные, не могли выстоять и минуты), а так же брался за любую работу, во время исполнения которой был шанс встретить опасного противника. И вот, когда предел сил уже был достигнут, но упрямство и сила воли продолжали заставлять совершенствоваться, необычные глаза откликнулись на желание своего хозяина, и дали ему доступ к силе, при помощи которой можно совершить свою месть.

Однако, не смотря на свою одержимость, Мадара успешно выполнял обязанности главы спецслужбы, и сейчас под его командованием было более двух сотен бойцов, готовых отдать жизнь за Хокаге, «Коноху», или по его личному приказу.

На стуле перед рабочим столом, склонившись над стопкой бумаг, сидел высокий широкоплечий мужчина с гривой золотых волос, и тусклым взглядом голубых глаз. Он так же был облачен в доспехи, (такие же как и у друга), а его катана покоилась в ножнах закрепленных на спине.

— Ты уверен, что нужно идти именно сегодня? — Не отрывая взгляда от ровных строчек финансового отчета, спросил Хаширама.

— Если ты не готов, то я пойду один. — Резче чем следовало, отозвался Учиха.

Сенджу вскинул голову, и взгляды друзей встретились, и ни один не желал уступить в этой борьбе.

— Ты же знаешь, что я жажду мести ничуть не меньше тебя. — Добавив в голос стальных ноток, заявил Хокаге.

Мадара только довольно усмехнулся, но все же решил пояснить свою точку зрения:

— На сегодняшний день, мы считаемся вторым и третьим по силе бойцами в мире. И ты, и я, находимся в лучшей своей форме на пике сил. Всего через пару лет, мы начнем слабеть, ведь время не щадит никого… никого кроме этого проклятого монстра! Шинигами, почему именно он получил столь долгую жизнь?

Учиха постепенно перешел на рык, лицо исказила злоба, а на лбу запульсировала жилка.

— Ты прав. — Прервал товарища Хаширама, возвращаясь к бумагам. — Если мы не остановим его сейчас, то вряд ли в будущем найдется кто-то, способный на это. Жаль, но наши дети не могут похвастать огромной силой, или стремлением ее получить.

— Знаешь… — Мадара внезапно успокоился и коротко хохотнул. — При взгляде на своих наследников, я начинаю жалеть о том, что мы живем в хорошо укрепленной и безопасной деревне. Отсутствие постоянной угрозы, плохо сказывается на мотивации к учебе.

В дверь кабинета осторожно постучали, прерывая разговор двух основателей.

— Войдите. — Приказал Хаширама, «надевая» на лицо маску холодного превосходства.

Створка приоткрылась, и в помещение тенями скользнули два молодых человека, (им было лет по двадцать, не больше). Оба посетителя, встав на одно колено, склонили головы перед правителем, и хором произнесли:

— Вызывали, господин Хокаге?

Долгую минуту, Хаширама молча изучал двух учеников, в которых он и Мадара, вложили море времени и усилий, создавая себе достойных приемников. Херузин сарутоби, (жилистый брюнет с твердым характером и прекрасно «подвешенным» языком), был прирожденным лидером и политиком, способным «лавировать» между интересами разных кланов, при этом добиваясь собственных целей. Шимура Данза, (так же жилистый брюнет с чуть более грубыми чертами лица, несгибаемой волей и упертым характером), его нельзя было отправлять на переговоры, где для достижения целей необходимо идти на уступки, зато он был великолепным исполнителем, готовым идти по следу жертвы дни и ночи без перерыва на сон и отдых.