План Жюва был вполне классическим, который напоминал метод, используемый при облавах.

Если — а пока все говорило за это — преследуемое полицией лицо по-прежнему оставалось в Ларибуазьер, оно неизбежно должно было очутиться в тисках Жюва, — между цепью полицейских и крайней стеной здания больницы…

Когда собиравшемуся покинуть больницу доктору Шалеку было отказано в этом инспектором, который стоял, охраняя выход на улицу Амбруаз-Паре, и который потребовал от него пароль, выдаваемый Жювом, он повернул назад к больнице.

Пройдя вдоль цветников, разбитых во дворе больницы, держа руки в карманах, доктор Шалек отправился по направлению к палатам для больных, оставив у себя за спиной административную часть больницы, где в этот момент еще находился Жюв, который занимался выдачей разрешений на выход из больницы тем, чьи дела вынуждали покинуть ее.

С озабоченным видом, наклонив голову, доктор Шалек медленно продвигался вперед. До этого он уже успел сменить белый халат врача на повседневную одежду.

Остановившись возле входа в длинную галерею, выстроенную из стекла, которая обрамляла на первом этаже правую часть здания и которая, беря начало позади часовни, тянулась вплоть до операционных хирургического отделения, Шалек посмотрел по сторонам.

Погруженный в тягостные раздумья, Шалек не сразу заметил инспектора Жюва, шагавшего вдалеке рядом с заведующим больницей. Присмотревшись получше, он увидел также плотную цепь полицейских, медленно продвигающихся по всей ширине корпуса больницы. Невольно, словно он хотел сохранить определенную дистанцию между собой и надвигающейся силой, доктор Шалек прошел вглубь галереи. Он уже собрался было пройти в хирургическое отделение, когда на его пути возник санитар.

— Господин доктор, — произнес он, — туда сейчас входить нельзя. Профессор Югар категорически запретил.

Не настаивая, Шалек подумал было возвратиться в галерею и сделал несколько шагов в этом направлении, но вдруг резко повернул назад. По стеклянному коридору продвигались Жюв и заведующий больницей в сопровождении служащего из администрации, ведя перед собой шесть-семь человек…

Шалек смешался с этой маленькой группой.

Старик с обмотанной рукой, у которого недавно вскрыли панариций, пошутил, шагая рядом с Шалеком:

— Может быть, они и меня захотят арестовать, поскольку, как говорят, у преступника ранены пальцы!

Жюв спокойно, но быстро пропускал людей, которых случай завел в этот коридор, для этого достаточно было, растопырив пальцы, показать ему свои руки.

Господин де Мофиль в ту же секунду, по знаку Жюва, выдавал заинтересованному лицу небольшой квадратик из плотной бумаги, на котором были отмечены его фамилия и род занятий и который позволял затем беспрепятственно проходить мимо карауливших у дверей полицейских.

— Есть здесь еще что-нибудь, что может нас заинтересовать? — задал вопрос Жюв.

— Нет, господин инспектор, — ответил заведующий больницей, — справа от этой комнаты, дверь которой закрыта на ключ, находится операционная, где профессор Югар и его ассистенты оперируют больную аппендицитом. В данный момент заходить в операционную нельзя, но если вы все же считаете это необходимым, мы можем заглянуть туда сразу, как только закончится операция.