У Гарри глаза полезли на лоб.

— О да, мистер Бретт, я говорю по-английски. Учился в Кембридже. Этот молодой человек приставлен ко мне следить, не сболтну ли я чего-нибудь лишнего. Он из людей Серрано Суньера. Капитан понимает, о чем я.

— И очень хорошо, министр. Бретт тоже учился в Кембридже.

— Правда? — Маэстре посмотрел на Гарри с интересом и улыбнулся, задумавшись о чем-то своем. — Во время Гражданской войны, когда мы бились с красными на Месете в жару среди полчищ мух, я часто вспоминал дни, проведенные в Кембридже: прохладная река, прекрасные сады, все такое мирное и величественное. Без этого не обойтись на войне, иначе сойдешь с ума. В каком колледже вы учились?

— В Королевском, сэр.

Маэстре кивнул:

— Я год провел в Питерхаусе. Замечательно. — Он вынул золотой портсигар. — Желаете закурить?

— Спасибо, я не курю.

— Есть новости? — спросил Хиллгарт. — О назначенном министре?

Маэстре откинулся назад и выпустил облако дыма.

— Не беспокойтесь о Карселлере, у него много фалангистских идей… — генерал презрительно скривил губы, — но в душе он реалист.

— Сэра Сэма это обрадует.

Маэстре неспешно кивнул, затем с любезной улыбкой повернулся к Гарри:

— Ну, молодой человек, как вы находите Испанию?

Гарри замялся:

— Полной неожиданностей.

— Мы проезжали мимо очереди женщин у пекарни, — пояснил Хиллгарт. — Они узнали, что у пекаря есть картошка.

Маэстре печально покачал головой:

— Эти фалангисты устроят голод и в Эдеме. Вы слышали новый анекдот, Алан? Гитлер встречается с Франко и спрашивает: «Как заморить Британию голодом, чтобы принудить к сдаче? Подводные лодки не справляются». Франко отвечает: «Мой фюрер, я отправлю к ним мой Совет по снабжению. Через три недели они сами попросят подписать договор».

Хиллгарт и Маэстре засмеялись, Гарри неуверенно присоединился. Генерал улыбнулся ему, слегка наклонив голову:

— Простите меня, сеньор, у нас, испанцев, мрачное чувство юмора. Это наш способ бороться с проблемами. Но мне не следует шутить о трудностях Англии.

— О, мы справляемся, — заверил его Хиллгарт.

— Я слышал, когда королеву спросили, покинут ли Лондон королевские дети из-за бомбежек, она сказала — как же там? — «Они не уедут без меня, я не поеду без короля, а король остается».

— Да, это так.

— Что за удивительная женщина! — Генерал улыбнулся Гарри. — Какой стиль. У нее есть duende.

— Благодарю вас.

— А теперь итальянцев разбили в Греции. Ситуация изменится в корне. Хуан Марч знает. — Маэстре вскинул брови и посмотрел на Хиллгарта, потом встал и снова обратился к Гарри: — Мистер Бретт, через десять дней я устраиваю прием для моей дочери, которой исполняется восемнадцать. Она мой единственный ребенок. В Мадриде сейчас совсем мало подходящих молодых людей, может быть, вы захотите прийти? Милагрос будет полезно свести знакомство с молодым человеком из Англии.

Называя имя дочери, он улыбнулся с неожиданной нежностью.

— Спасибо, сэр. Если… э-э-э… меня не удержат мои обязанности в посольстве…

— Отлично! Я уверен, сэр Сэм освободит вас на один вечер. Велю отправить вам приглашение. И, капитан, рыцарей Святого Георгия мы обсудим позже.

Хиллгарт бросил быстрый взгляд на Гарри, после чего едва заметно покачал головой, смотря в глаза Маэстре.