Син опять лег на живот и пополз к другому краю очага. Он оглянулся, а когда посмотрел перед собой, увидел на стене охранника с автоматом.

Они спустили курки одновременно. Первая пуля ударила в стену, вторая прошила охраннику бедро, а третья, задев рожок, пробила ему живот. Охранник перевалился на другую сторону стены, продолжая стрелять; Син подскочил, но одна пуля все же попала в цель: Мак‑Нил вскрикнул от боли, когда раскаленный кусок свинца задел берцовую кость.

Небольшая царапина, выживешь! Он на мгновение прикрыл глаза, стараясь успокоить обжигающую боль, которая волнами поднималась по позвоночнику и пронзала мозг. Черт! ЧЕРТ!!! Он скрипнул зубами, глядя, как на брюках расползается темное пятно. Осталось пять патронов, черт знает сколько охранников, а с дыркой в ноге стена станет на целую милю выше. Он сглотнул и впервые почувствовал страх. Похоже, мне крышка.

Со стороны здания раздался крик Хэнди:

– Тащите гранатомет! Он там за очагом, и мы его сейчас поджарим как следует.

Глава 22

Раджани проснулась от звуков неприятного злобного смеха. В первое мгновение она испугалась, что начинается одно из тех землетрясений, о которых ее предупреждал Хэл. Она бросилась в ванную, потом обратно и почувствовала, как что‑то кольнуло руку.

Она посмотрела на ладонь: сине‑черная кровь сочилась из ранки.

Держась за косяк, она присела и подняла с пола цепочку. Потом пососала ранку и посмотрела на нее снова. Царапина.

Она сосредоточилась, и ранка затянулась. Раджани улыбнулась и расправила купальник на ягодицах. Хэл просил ее остаться в гостинице на случай, если Синклер вдруг позвонит. Сам Гаррет пошел в "Дадзамоку оспрейз", а Бат, взяв с собой Нэтч, отправился исследовать криминальный мир Токио. Джитт заперлась в комнате с кучей всякой электроники и строго‑настрого приказала Раджани ее не беспокоить.

Вскоре Раджани устала пялиться на телефон и приказала передавать звонки в бассейн. Было воскресное утро, и никто не мешал ей как следует искупаться. Она злилась на себя и на других. Как же так, ее поместили в стасис, чтобы помочь Койоту, а она даже не может до него добраться, и ее все время отпихивают, потому что она не умеет стрелять или драться.

Она сделала несколько кругов, и когда усталость приглушила обиду, вернулась в комнату, прилегла на диван и, взяв в руки цепочку Сина, сосредоточилась. Пожалуйста, Синклер, позвони. Она с надеждой посмотрела на телефон, хотя понимала, что, не зная точного местонахождения Сина, не может послать ему обращение. Тогда она снова сосредоточилась и, освободив сознание, стала слушать эхо своего послания, искать совпадения с впечатлением от цепочек в бетонном сердце Токио.

Она не нашла Синклера, но уловила отражение, которое привело ее в ужас. Раджани быстро вернулась в тело и подняла ментальный щит. Она вспомнила смех, который ее разбудил. Скрипичник здесь! Но самое страшное заключалось в том, что фрагмент послания, который она поймала, был тесно переплетен с аурой Сина.

Убей его и избавься от трупа!

Она закрыла глаза и снова осторожно отправила свой разум на поиски. Стены исчезли, ее сознание ракетой взмыло ввысь, и Токио превратился в светящийся лабиринт с миллионами разноцветных точек внутри – живыми существами, людьми.

Чуть выше и левее над островом в Токийском заливе разливался зеленый свет. Поискав его источник, Раджани увидела черную жемчужину, окруженную малахитовым ореолом. Горящая зеленая точка вертелась в самой его середине, а рядом с ней вторая и третья. Лицо и глаза.

Потом образ Скрипичника растаял во тьме, зато далеко внизу вспыхнул свет, оттенок которого был таким же, как цвет цепочки.

Синклер там – и его пытаются убить.

Борясь с приступом тошноты, Раджани ворвалась обратно в тело, вскочила, натянула джинсы, сунула ноги в сандалии и выбежала из комнаты, никого не предупредив и даже забыв накинуть кожаную куртку, которую ей подарила Нэтч.