Она снова поднимает шлем, снова надевает его.

– Подумайте над моими словами. Тщательно. Я буду ждать ответа.

За световым барьером все глаза обращаются к Дженнеру, затем к склонившейся над мечом девочке – та ему что-то неистово шепчет.

Тысячу сто двадцать шесть лет назад

В сознании Массасси проплывают обрывки мыслей, разорванные фрагменты мозаики. Они сливаются с голосами, которые тоже проплывают где-то у ее головы. Счастливым фантомом блуждая сквозь них, она не может сказать, что относится к прошлому, что – к будущему.

Слова становятся все более четкими, более настойчивыми. Она узнает говорящего, распознает слова, но практически не понимает их смысла.

– …и я прошу всего лишь о сотрудничестве. Затем мы разойдемся. Уверен, вы ведь согласитесь со мной, что так будет лучше?

Массасси хочет что-то сказать, но ей мешает маска. У нее загораются глаза, и она кашляет, задыхаясь из-за глубоко вставленной в горло трубки.

– Ага, думаю, она просыпается.

В разговор вступает другой голос, не такой знакомый.

– Не будем спешить. Да, тело восстанавливается, но нам стоит проверить ее когнитивные функции, если хотите, чтобы ее состояние стабилизировалось.

Над ней кто-то склоняется. Она пытается сфокусировать взгляд. Видит голову, размытую, но узнаваемую. Это ее куратор. Он выглядит уставшим, под глазами – темные мешки.

– Доктор, смотрите! Она улыбнулась. Уверен, она меня узнала.

– Не факт. Возможно, это был мускульный спазм.

– Массасси? Массасси, ты меня слышишь?

Ей удается кивнуть.

– Хорошо. Очень хорошо. Теперь слушай: произошел серьезный несчастный случай. Нам надо об этом поговорить. Нужно уладить некоторые…

Слова начинают расплываться, исчезать в открывшейся между ними пропасти.

Она закрывает глаза.

– Мы ее теряем. Сделайте что-нибудь.

– Ее тело подверглось серьезным нагрузкам. Естественно, она хочет отдохнуть.

– Но как долго?

– Сложно сказать. Пару дней, может, дольше.

– Так не пойдет. Нам нужно закрыть дело и двигаться дальше. Мы и так уже много времени на это потратили.

Куратор начинает ходить по комнате, сложив руки за спиной, похожий на напыщенного дятла, вышагивающего по ветке. Массасси снова улыбается.

– Я не могу уйти без ответа. Нам нужно ее разбудить.

– Я не могу будить ее принудительно.

– Нет, можете. Дайте ей стимулятор.

– Учитывая уровень боли и историю болезни, я бы воздержался от проведения подобного рода мероприятий. Если я резко ее разбужу, это может привести к критическим последствиям для всего организма. Ей следует набраться сил, прежде чем она узнает о тяжести полученных травм.

– Мне нужно всего несколько минут. После того как она согласится, можете держать ее здесь столько, сколько пожелаете.

– Я хочу зафиксировать официально, что не давал на это добро.

– Ваши возражения внесены в протокол.