– А он… не мог?…

– Что вы! Все, что угодно, только не это! Вы не знаете Владислава. При всем том, он честный человек. После развода даже копейки не взял, хотя у меня деньги были, я их не прятала, и Владислав знает, где они лежат.

– Кто же тогда? Алифанова, Новосад? Ведь если рассудить здраво, перстень с уникальным бриллиантом мог взять человек, который точно знал, что он у вас имеется, и где он лежат. Не так ли?

– Нет! Только не они! Поверьте, не будь этого злополучного перстня с “Магистром”, я никогда в жизни не пришла бы в милицию с подобным заявлением. Остальных ценностей мне, конечно, жаль – все-таки память о бабушке, а я очень ее любила. Но не настолько жаль, чтобы из-за них на моих лучших подруг пало подозрение в краже. Я за Ирину и Валентину могу поручиться чем угодно.

– Ну уж, поручиться…

– Как вы можете!…

Ольховская с возмущением посмотрела на Дубравина.

– Вы своим друзьям верите? – спросила она.

– Друзьям – да. И на вашем месте я утверждал бы то же. Но посудите сами: по вашим словам, когда вы были в театре, никто в квартиру не заходил. Так?

– Так.

– На первый взгляд, все вещи были на местах, ничего не пропало. В чем я очень сомневаюсь, так как, вернувшись после спектакля вместе с подругами, вы не проверяли содержимое ларца. Верно?

– Не проверяла…

– Итак, остаются только ваши подруги и бывший муж. Он мог воспользоваться вашим отсутствием, чтобы таким образом решить свои финансовые затруднения? Мог! Не исключено, что именно его нанял какой-нибудь подпольный коллекционер, чтобы заполучить перстень с «Магистром».

Ольховская отрицательно покрутила головой:

– Нет, он не мог!

– Такое заявление делает вам честь. Но это не значит, что так оно на самом деле. Уверен, что ваш муж в долгах, как в шелках. А карточные долг – это серьезная штука. В этих вопросах шутить не любят и никакие отговорки и просьбы о снисхождении не принимаются в расчет. Должен – плати. И точка. Да и ваши подруги, думаю, в богатых не числятся. Я прав?

Актриса виновато опустила голову.

– Прав! – Дубравин завелся. – Хорошо, допустим, кража не их рук дело. Тогда кто это сделал? И как? Нечистая сила? У потусторонних сил иная специальность, и мне в моей работе встречаться с ними не приходилось.

– Не знаю… Просто не представляю…

Ольховская с трудом сдерживала слезы.

– С вашего позволения, я позвоню в управление, – понял ее состояние Дубравин и решил пока оставить актрису в покое. – Нужно вызвать эксперта-криминалиста, пусть поработает. Это не займет много времени. Не возражаете?

– Пожалуйста…

Ольховская вышла на кухню.

Майор не сдержался и цепким мужским взглядом посмотрел ей вслед. Оценил тонкую талию и волнующую крутизну бедер, вздохнул безнадежно, и набрал номер экспертно-криминалистического отдела.

Глава 7. СВИДЕТЕЛИ

– Финита… – наконец щегольнул латынью эксперт.

Почти все сотрудники уголовного розыска – те, кто помоложе – звали его просто дядя Саша.

И принялся собирать свой чемоданчик.

– Ну что? – спросил его Дубравин с надеждой.

– Спешишь, все спешишь… – проворчал дядя Саша.