Я могу предоставить тебе доказательства! Этот ужасный костюм просто усеян отпечатками пальцев убитой девушки. Видишь, у него слева вырван клок? Этот клок мы нашли во дворе погибшей. Похоже, их сексуальные игры зашли слишком далеко!
— Арми была изнасилована?
— Нет, парень не успел. Но он здорово возбудился и отправился домой заканчивать дело самостоятельно!
Перец раздраженно захлопнул дверь перед изумленным лицом дежурного полицейского. Я размышляла о том, что вряд ли мое поведение облегчило долю Киммо, но Перец меня просто бесил. Я знала, что он быстро сделал хорошую карьеру в полиции, и, похоже, у него началась звездная болезнь. Я вспомнила, как мой приятель и сокурсник Тапса Хельминен однажды чуть не сломал ему локоть, пытаясь преодолеть его мужской шовинизм. А я пару раз обошла его на теоретических экзаменах, так что в итоге Перцу пришлось довольствоваться славой лучшего стрелка курса.
— Киммо! Мне так жаль! И из-за Арми, и из-за всего, что с тобой произошло.
Дежурный не вмешался, когда я, утешая, обняла Киммо, хотя это было явным нарушением правил. Ну да ничего, мне не впервой нарушать правила. Резина под рукой была мягкой и теплой, рука легко скользнула вдоль его тела.
— Ты можешь мне рассказать, что же все-таки произошло? Когда ты в последний раз видел Арми? — Я села перед Киммо и вытащила из портфеля блокнот.
— Я видел ее этим утром. Ночь провел у нее. У меня с похмелья жутко болела голова, я проснулся где-то около девяти. Арми еще спала. Я натянул на себя этот костюм и пошел поваляться на солнышке у нее на заднем дворе. Наверное, я снова задремал… Арми вышла около половины одиннадцатого и стала меня будить. Мы немного повозились, тогда, наверное, я и порвал костюм. Потом мы пошли пить кофе, а затем я отправился домой. Арми сказала, что хочет поговорить с тобой наедине, а до этого ей надо было кому-то позвонить.
— Она рассказала тебе, о чем собиралась со мной разговаривать? И кому собиралась звонить?
— Нет. Она вообще была немного скрытной.
— Вы ссорились? Из-за чего?
— Да нет, мы особо не ссорились. Просто ей не нравился этот мой костюм. Мы договорились с ней, что при ней я не буду его надевать. А я еще попросил ее потрогать меня… — Киммо говорил тихо, нос у него покраснел, из глаз полились слезы. Я достала носовой платок и протянула ему. — Если бы я только знал тогда, что в последний раз вижу ее живой… Ты уверена… Она и вправду умерла? — Ты видела, что она мертва?
— Да, она умерла. Но когда ты от нее ушел, она была еще жива, да? О чем вы говорили?
— Будущей осенью, после того как я окончу дипломную работу, мы собирались пожениться. Я уже и с рабочим местом определился. Мы поговорили немного об этом, о том, как… Нет, я не могу… — Он снова разразился слезами. В этот момент распахнулась дверь и на пороге показался Перец с сумкой в руках.
— Переодевайся, Хяннинен. А эта резиновая шкура останется у нас.
Я поднялась, чтобы выйти, пока Киммо будет переодеваться. Вообще-то я однажды была в общей сауне с Киммо и компанией, но мне хотелось продемонстрировать Перцу образец поведения с задержанным.
В коридоре стоял Антти. Лицо у него было расстроенное.
— А ты что здесь делаешь? — Мой вопрос прозвучал резко и недружелюбно.
— Да хотелось бы понять, с чего это вдруг меня отправили за одеждой. К тому же когда мать Киммо — Аннамари — вернулась домой и увидела целый взвод полицейских, она страшно испугалась. Что я должен ей сказать? А Ристо и Марите? В конце концов, это Киммо убил Арми или нет?
— Не думаю, что он. Но ведь кто-то это сделал. Понятно, что не ты и не я, но это сделал кто-то из компании наших общих знакомых. |