Минна задумалась.

— Наверное, пару недель назад… Всю прошлую неделю я работала в ночную смену, поэтому мы даже по телефону не общались. Во время нашей последней встречи мы ходили в кино, потом зашли в бар выпить по бокалу вина. И мне показалось, что ее что-то беспокоило. Она все спрашивала меня про различные лекарства, особенно про бензодиазепины.

— А что это за препараты?

— Они относятся к классу мягких успокоительных. Арми сказала, что один ее знакомый глотает такие таблетки как карамельки.

Я подумала, что мне, пожалуй, надо совершить рейд по аптечкам своих знакомых. Хотя увлечение успокоительными препаратами еще не повод подозревать человека в убийстве. С другой стороны, Арми работала помощником врача, ведущего частную практику. Возможно, она могла доставать необходимые лекарства.

— Однажды мы говорили с ней о Санне, — вступила в разговор Сари. — О сестре Киммо, которая утонула прошлой весной. Она же была совсем ненормальная, говорят, наркотиками баловалась. Пару недель назад Арми пила у меня кофе и рассказала, что они с Киммо поссорились как раз из-за Санны, потому что Арми не верила, что та покончила с собой.

Сари говорила так громко, что на нас начали оглядываться люди за соседними столиками. Я тихо злилась — наш почти интимный разговор стал достоянием половины покупателей торгового центра.

— Арми считала, что Санну убили! — почти кричала Сари своим противным голосом.

Минна сидела с испуганным видом.

— И кто же ее, по-твоему, убил? — резко спросила я.

— Ее дружок… Это Арми так считала…

— Маке? За что? И Арми говорила об этом с Киммо?

— Она только сказала, что они поссорились с Киммо, так как тот утверждал, будто Санна совершила самоубийство, а Арми была уверена: ее убили.

Я одним глотком проглотила чай, сожалея, что это вода, а не что-нибудь покрепче. Арми считала, что Маке убил Санну. Почему? А сам Маке говорил, что они с Арми часто беседовали о его погибшей невесте. Может, он обмолвился о чем-то, что навело ее на такие мысли? Или признался в убийстве? Я вспомнила разговор с соседкой Арми — Кертту Маннила. Та говорила, что Арми упоминала о справедливости и о том, что собирается обратиться в полицию. Может, речь шла о Маке? Я вспомнила его налитые алкоголем глаза и накачанные мускулистые руки. Да, ему было бы совсем не трудно справиться с девушкой.

А может, она имела в виду совсем другое? У Санны в крови были обнаружены наркотики и алкоголь. Возможно, она подозревала, что Маке снабжал ее таблетками? Или она говорила о своем женихе — Киммо?

— Ты уверена, что Арми имела в виду друга Санны, а не собственного бойфренда?

Задумавшись, Сари напряженно нахмурила лоб. Даже как-то слишком напряженно.

— Да нет, она говорила о Киммо. Иначе, зачем ей было с ним ссориться?

А вот именно затем, хотела сказать я, но промолчала. Рассказ Сари навел меня на новые размышления: следует более тщательно проверить алиби Маке и поговорить с Киммо о ссоре.

Мимо кафе прогрохотал трамвай. Погода за окном портилась, на небе собрались тяжелые темные тучи, резкий ветер задирал женщинам юбки, гонял по мостовой желтый пластиковый пакет. Наверное, ночью будет дождь. И черемуха у нас во дворе сбросит остатки цветов. Весна заканчивалась.

— Вы с Арми были лучшими подругами. А мне довелось встретиться с ней только раз. Расскажите мне, каким она была человеком?

Снова заговорила Сари:

— Мы с первого класса учились вместе. В школе Арми была тихой и спокойной девочкой — всегда аккуратно одета, домашние задания тщательно выполнены.