— Возникли вопросы по сценарию. За это всегда отвечал Киммо, и он обычно все очень четко планировал. А я исполняла. Он никогда не вылезал вперед, ему нужна была рядом доминирующая личность. Он же мазохист чистой воды и всегда стремился устроиться так, чтобы рядом был кто-то посильнее его.

— Знаешь, он сейчас в тюрьме, совершенно один, без поддержки… Выглядит очень подавленным. Я за него переживаю…

Ангел усмехнулась.

— Вот и я совершенно не могу представить, что он прикончил эту… как ее… Арми. Он же совершенно пассивная личность. И хотя все эти люди вовсе не являются образцовыми гражданами, но на практике они все же никогда не осмеливаются воплощать в жизнь свои фантазии. Тем более я не припомню, чтобы его когда-нибудь возбуждала тема убийства.

— Ты говорила, что Киммо сюда привела Санна. Расскажи мне о ней.

— Санна появилась, когда здесь все только начиналось. Ее привел некий Оде Хакала — опасный тип, он спекулировал наркотиками. Сейчас, насколько я знаю, он уже пару лет сидит в тюрьме. Они с Санной частенько ругались и даже дрались. Причем это был не спектакль, он бил ее всерьез, пару раз мне даже приходилось разнимать их. Мы с ребятами тогда думали, стоит ли нам принимать их в свою компанию. Ты знала Санну?

Я кивнула, и Ангел продолжила:

— Значит, ты меня понимаешь. Санна была такой женщиной, которой можно простить все. Она была очаровательна, несмотря на все свои пьянки и наркотики. Когда Оде сел, ей стало немного легче. Мы с ней ходили на одни и те же лекции в университете. Жаль, что ее совсем не интересовали женщины… Я видела ее за два дня до смерти. Она была свежа, как весенний цветок и рассказала мне, что наконец-то нашла себе парня, с которым хочет начать новую жизнь. Мы так хорошо поговорили… А через несколько дней позвонил Киммо и сказал, что она умерла. Знаешь, я почти не удивилась: у меня было чувство, будто я знала, что это произойдет.

Я на секунду прикрыла глаза и представила Санну в этих бетонных стенах — старая кожаная куртка с закатанными рукавами, шрамы на тонких руках, удивленный взгляд распахнутых карих глаз.

— Санна навещала этого Оде в тюрьме? — поинтересовалась я.

Ангел не знала. Если бы я до сих пор работала в полиции, то легко могла бы уточнить передвижения Хакала на момент смерти как Санны, так и Арми. На мой взгляд, он идеально подходил на роль убийцы — сидящий в тюрьме преступник, человек, с которым я не была знакома.

— Вон тот парень из полиции — вдруг сказала Ангел, махнув рукой в сторону усатого мужчины в джинсах, который в данный момент что-то заказывал у барной стойки. — Удивительно, почему на все наши вечеринки они всегда присылают одного и того же полицейского; мы его уже давным-давно вычислили.

Мне показалось, что с этим усатым я тоже где-то встречалась. Возможно, он работал в смежном отделе в полиции, хотя я не была уверена. В любом случае я не хотела, чтобы он тоже меня узнал.

— Может, он здесь из-за Киммо?

Если Перец не совсем дурак, он непременно должен был проверить и эти связи обвиняемого.

— Может быть, но тогда он должен был бы представиться. Бедняга думает, что никто не знает, кто он такой, хотя любой за версту признает в нем полицейского. Представляешь, они, наверное, там жребий тянут, кому идти на наше шоу, и страшно завидуют тому, кто вытащил счастливый билет, — захихикала Ангел.

— Интересно, а я похожа на полицейского? Ведь до юридического факультета я окончила школу полиции. Что ж теперь поделаешь, если выправка даже со спины видна? — ехидно поинтересовалась я у собеседницы, но та лишь захихикала в ответ.