Антти познакомился с Эвой и Ярмо ранней весной, когда мы ездили к моим родителям кататься на лыжах. С Хеленой и Петером он еще не виделся. Я надеялась, что Антти найдет общие темы для беседы с Петером — они оба математики. Петер совсем недавно окончил институт, получил диплом учителя математики и сейчас искал работу. Хелена дописывала дипломную работу и вскоре должна была стать преподавателем английского языка. Надо будет попросить ее объяснить пару непонятных мне выражений из дипломной работы Санны.

Во двор въехало такси. Я снова занервничала. Последний раз я видела Эву весной, когда у нее только слегка округлился живот, а Хелену в декабре, когда мы всей семьей отмечали Рождество в доме родителей. Антти не поехал со мной, поскольку обещал родным изображать для Матти и Микко Деда Мороза. Не впервые я встречала Рождество в родительском доме, чувствуя себя лишней на этом празднике, словно пятое колесо в телеге, зато теперь у меня был друг, мужчина, который позвонил в полночь и пожелал массу приятных вещей.

Я открыла входную дверь и увидела, как Эва осторожно поднимается с переднего сиденья машины. Она всегда была немного выше и тоньше меня, но сейчас казалась надутой словно воздушный шарик, глаза превратились в щелочки на тяжелом отекшем лице. Она выглядела старше своего возраста и производила впечатление взрослой уважаемой дамы, хотя на самом деле была младше меня.

Мы с Антти подошли, чтобы помочь им с чемоданами, держась натянуто и официально. Эва и Ярмо всегда казались мне людьми, которые умеют контролировать свою жизнь. Эва вот уже несколько лет работала преподавателем немецкого и шведского языков и, похоже, научилась официально держаться перед аудиторией. Ярмо был по профессии инженером-химиком, но я знала, что ему часто приходилось бывать на переговорах, исполняя представительские функции компании.

Мы показали гостям дом, прошлись по двору, восхищаясь видом лебедей на глади моря, посмеялись над Эйнштейном, который озабоченно выглядывал из окна, пытаясь рассмотреть незнакомых людей. Я с тайной завистью поглядывала на огромный, обтянутый легкой туникой живот Эвы. Разумеется, я видела беременных женщин и раньше, но то, что в данном случае это моя родная сестра, почему-то казалось немного странным. В этом ребенке были и мои гены! Например, у него может быть такой же курносый нос, как и у меня! На первый взгляд мы с Эвой не похожи: она пошла в отца, а я скорее унаследовала внешность матери, — но при ближайшем рассмотрении можно было заметить некоторое сходство — та же линия бровей, такая же переносица, почти одинаковая манера улыбаться. Хелена походила на нас обеих, но при этом у нее были более утонченные черты лица.

— Какое прекрасное место! Вы будете здесь жить постоянно? — спросила сестра, даже не пытаясь скрыть зависть в голосе. Они с Ярмо недавно купили небольшую двухкомнатную квартиру, и теперь отдавали большую часть зарплаты в счет погашения кредита. Я вспомнила, как она говорила, что Антти совсем не в ее вкусе — не слишком хорош собой и не особо изысканно одет, — но его дом явно произвел на нее благоприятное впечатление.

— Это зависит от планов родителей Антти, — ответила я и быстро проводила гостей на кухню к столу. Они отказались от традиционной сауны, объяснив, что у них забронирован вечер с парной на пароме.

— Как же ты будешь гулять по Стокгольму с таким животом? — не удержавшись, спросила я.