— Вирлен, ты мыслишь явно не в том направлении. Мои идеи служат исключительно улучшению благосостояния «семьи» (я сейчас имею в виду нас с тобой), а никак не наоборот.

— Опыт нашего недолгого родства показывает, что блага обычно вкушает «дядя», а отрабатывать их приходится «племяннику». Ты же собирался продать маску? По-моему, самое время.

— Ничего не получится. Во-первых, о смерти загадочного ратора никто не объявлял, а во-вторых, Чилсоград не тот город, где на подобную вещь станут тратить деньги. Масштаб мелковат.

— Неужели ты, волшебник, к тому же еще и магир, не можешь?..

— Не могу, — перебил Андрея чародей. — Браться за обычную работу мне не позволяет титул, а если поступлю на службу к какому-нибудь вельможе, то практически укажу врагам, где нас нужно искать.

— Этого делать не стоит. — Землянин поставил пустую чашку на стол.

— Оказав вчера услугу хозяину этой забегаловки, — продолжал оправдываться Дихрон, — я фактически нарушил закон.

Лишившись последних накоплений, «родственники» были вынуждены остановиться в полуразрушенном трехэтажном здании на окраине Чилсограда. Но и сюда бесплатно никто не пускал. Пришлось Дихрону обращаться к силе, чтобы изгнать из постройки полчища крыс. Правда, за это довольный хозяин трущоб предоставил титулованному магу и его ученику лучшие апартаменты, отличавшиеся от остальных лишь наличием скрипучей двери и стекол в окнах.

— Подумаешь, невидаль! И в Гетонии, и в Ливаргии нас обоих наверняка разыскивают как опасных злодеев. Небольшое отступление от принятых в Жарзании правил вряд ли сможет ухудшить твою репутацию. Или я неправ?

— Конечно, прав. Вот потому-то я и заключил одну сделку. Очень выгодную для нас, — моментально оживился чародей.

— Елки-метелки, соленый огурец! — повысил голос Андрей. — Опять за старое?! Твои сделки мне почему-то всегда боком выходят. Так и знай, я в ней участия не принимаю.

— Неужели ты не хочешь покинуть эту вшивую ночлежку, перебраться в нормальную гостиницу, помыться, поесть по-человечески, ощутить аромат благовоний?.. Учти, до Девятиграда путь неблизкий, и уговорить владельца даже захудалой ночлежки каждый раз не получится. Не хочешь участвовать в сделке — давай продадим кулон. В столице за него можно выручить сотню монет, здесь дадут не больше пятидесяти.

Помимо медальона Вероники у парня имелись еще две ценные вещи: украшенный драгоценными камнями ключ, о существовании которого Дихрон не знал, и поглотитель магии, доставшийся Андрею от командира ловчаров. Амулет также стоил немалых денег, но его продажа была сопряжена с большим риском. Подобные камушки существовали практически в единичном экземпляре, и ни один из законных владельцев, как заметил «дядюшка», не стал бы его продавать. А поскольку сам Фетров ни с кулоном, ни с ключом расставаться не желал, в финансовом положении «родственников» особых перспектив на улучшение не предвиделось.

— Будем спать под открытым небом, — предложил турист.

— Чтобы заболеть и сдохнуть? Ты видел, что с погодой творится?

— Ну, видел. Немного похолодало.

— К тому же из-за свалившейся на нас нищеты мы совершенно не смогли отметить день Синего заката, — продолжал натиск колдун. — Не забыл про свой день рождения? С меня подарок причитался, да и тебе бы не мешало позаботиться о подношении своему господину, то есть мне. В день Синего заката у нас так принято.

— Я помню.