— "Важна не просто идея, — снова процитировал Гусман, — а чистота идеи".

— Ты хорошо помнишь уроки отца. То же он вбивал и в мою голову. Только следуя нашей священной цели, мы можем сохранить единство рядов. Нас объединяет великое дело: благодаря братству Колумба считают почти святым. Даже сейчас ученые, пытающиеся отклониться от точки зрения наших средневековых братьев, рискуют карьерой.

— Ваш отец был мудрым человеком.

— Мудрым — да. Однако его чрезмерная преданность прошлому привела к ослаблению братства. Мы начали превращаться просто в какую-то испанскую мафию. Если братство намерено просуществовать еще пятьсот лет, нужно сжечь мосты. Мы не должны защищать несуществующее могущество несуществующего государства. Нужно закладывать фундамент новой империи. Нас будет вдохновлять Кецалькоатль — Пернатый Змей майя, который возвращается в разных образах, дабы начать новую эру. На этот раз он возродится в образе Сокола.

— Не понимаю.

— Мы продолжаем скрывать факт контакта между Старым и Новым Светом в доколумбовы времена, чтобы дать испанцам возможность гордиться своим наследием. Если в средствах массовой информации появятся слухи о том, что культура стран Латинской Америки пришла из Европы, Китая или Японии, это сильно преуменьшит достижения нашего народа и отбросит его на задворки истории. Но во мне течет и кровь майя. Я не только испанец. Я еще и индеец! Я — наследник двух великих цивилизаций. Для меня сама мысль о том, что великая культура моего народа была импортирована чужестранцами, недопустима. Нельзя, чтобы все считали ольмеков, майя, инков дикарями, которые якобы создали чудеса архитектуры, гениальную астрономическую науку, великолепные произведения искусства после того, как их обучили азиаты и европейцы. Дети Латинской Америки должны знать: их предки достигли величия благодаря собственным талантам. Сейчас необходимо возродить нашу былую славу и занять достойное ведущее место в цивилизации двадцатого века.

— Хм... В этих идеях нет ничего нового.

— Подожди, — прервал телохранителя Алкон. — Очень скоро... скорее, чем ты можешь вообразить, южные штаты США отделятся и станут латиноамериканским государством.

— При всем уважении, дон Алкон, смею заметить, что в Америке случилась Гражданская война, когда в последний раз кто-то заговорил об отделении.

— Сейчас совсем другое время, — твердо заявил Алкон. — То, о чем я говорю, случится независимо от того, буду я жив или нет. Через пятьдесят лет жители нелатиноамериканского происхождения будут составлять меньшинство в Соединенных Штатах. Это уже происходит в пограничных штатах вроде Нью-Мексико. Я просто предлагаю ускорить процесс, возглавив движение за независимость. С твоей помощью, разумеется.

— Сделаю все от меня зависящее, дон Алкон.

— Это будет не так трудно, как ты думаешь. Алкон крутанул старинный глобус.

— Посмотри, как изменился мир. СССР и Восточная Германия исчезли. — Миллиардер остановил вращение глобуса. — И не я, а ученые-географы говорят, что однажды Бельгия расколется на Фландрию и Валлонию. Австралия распадется на четыре отдельные страны, Китай — на ряд автономных зон вроде Гонконга. Италия разделится на процветающий Север и бедный Юг. Но самое важное — то, что ученые говорят о Северной Америке.

Собеседники подошли к огромному столу из красного дерева, на котором лежала большая карта. Алкон указал на юго-западную часть Соединенных Штатов.

— Ангелика? — с удивлением прочитал Гусман.

— Стирание границ неизбежно. Все правительства знают что Северная Америка должна измениться. Квебек отделится от Канады, и оставшиеся провинции присоединятся к США.