Во время ленча Кэт все время остро чувствовала присутствие Девона. Он же, напротив, казался таким же, как всегда, – говорил, шутил, поддразнивал. Лишь однажды она поймала на себе его пристальный красноречивый взгляд.

Они уже заканчивали трапезу, когда над ними потемнели облака и поднялся сильный ветер. Пока они убирали остатки ленча в седельную сумку, клетчатый плед, подхваченный порывом ветра, полетел в кусты. Кэт со смехом побежала его догонять. Свежий ветер раздувал ее юбки и трепал рыжие волосы. Ей стало легко и весело, она уже не так боялась предстоявшего объяснения с Девоном.

Убрав плед, он взглянул на потемневшее небо.

– Боюсь, мы не успеем вернуться до дождя, – сказал он, и Кэт, тоже взглянув на небо, согласилась с ним.

– Тут есть неподалеку рощица, где можно укрыться от дождя, – сказала она.

Он усмехнулся:

– Насколько я понимаю, предложить переждать дождь в вашем доме было бы слишком.

– Вот именно, слишком. Все, что я могу вам предложить, это старый охотничий домик, у которого всего три стены и, возможно, дырявая крыша.

– Везет же мне, – пробормотал он, отвязывая лошадей. – Все-таки хорошо, что я адмирал. Вдруг домой придется добираться вплавь?

Она позволила ему подсадить себя в седло, что он и сделал с поразительной легкостью. Когда Кэт очутилась в седле, Девон посмотрел на нее пристальным красноречивым взглядом, от которого ей стало не по себе.

– Почему вы так на меня смотрите? Что-то не так с прической?

– Я просто подумал, что сейчас, на ветру, вы выглядите так, словно долго катались с кем-то в сене, – улыбнулся он.

Дни, проведенные в обществе Девона, словно пробудили Кэт от долгого сна в одиночестве. Вопрос заключался в том, сможет ли она снова вернуться в состояние сна после того, как позволит – если, конечно, позволит – их отношениям развиваться дальше до своего логического завершения; и не будет ли она мучительно сожалеть о том, что было и чего уже не вернешь?

– Едем, сейчас начнется ливень, – прервал ее размышления Девон. – Где этот охотничий домик?

Подождав, пока Девон сел в седло, Кэт поехала назад, по тропинке, которая привела их к месту пикника. Вскоре показался скрытый рощицей молодых деревьев старый полуразвалившийся домик.

Как только они добрались до убежища, с неба хлынули потоки дождевой воды. Девон подтолкнул Кэт к дому, а сам пошел привязывать лошадей.

С трудом различая очертания домика за плотными дождевыми струями, Кэт все же добралась до него, вошла и огляделась. Внутри было тесно и сыро, но крыша оказалась крепче, чем она ожидала, – текла всего в двух местах.

Кэт поежилась от холода, обняв себя руками. Ветер, казавшийся приятно свежим до дождя, был теперь промозглым и слишком холодным. Она хотела поискать какие-нибудь дрова для огня, но потом решила не разводить огонь – еще, чего доброго, весь домик спалит.

Вошел промокший до костей Девон, пряча что-то под полой сюртука. Стерев воду с лица, он огляделся и бодро сказал:

– Вполне подходяще.

– Ничего другого все равно нет, – отозвалась Кэт, слабо улыбаясь и едва заметно вздрагивая от холода.

Девон вытащил из-под сюртука плед и протянул его ей.

– Вот, возьмите. Снимите свой мокрый жакет и накиньте плед, он почти сухой и лучше сохранит тепло, чем влажная шерстяная ткань.

У Кэт от холода уже стучали зубы, поэтому она без возражений сняла мокрый жакет и шарфик. Оглядевшись, она повесила их на торчавший из стены гвоздь.

– Жаль, что здесь так мало мебели. Сюда бы хоть пару стульев, – проговорила она и повернулась к Девону, чтобы взять у него плед.