— Какими судьбами, батюшка? — осторожно спросила Танюшка, присаживаясь за стол.

— Да в городе совсем заморочили, — вздохнул Дормидонт. — Едва только пришла весть о нашей победе, как наши бояре ко мне заявились — мол, поздравляем тебя, царь-батюшка, и все такое. А сами готовы были меня со всеми потрохами Григорию сдать. И так мне, понимаешь, противно стало, что решил я на все плюнуть да и отъехать в свой терем. — Дормидонт резко повернулся к дочке: — Ну, Танюшка, довольно я наслышан от воеводничьего гонца о твоих доблестях с покойным боярином Андреем...

— Да что ты, батюшка, — смутилась царевна.

— Мы выполняли свой долг, — скромно заметил "покойный боярин Андрей".

— Ну ладно, дочка, я с тебя снимаю высылку из столицы, — продолжал царь. — Проси у меня все, чего хочешь!

— Только в разумных финансовых пределах, — поспешно добавил Рыжий. — Тятенька, позволь мне выйти за Рыжего! — выпалила Танюшка.

— Тьфу, заладила! — топнул ногой Дормидонт. И вдруг широко, по-доброму, улыбнулся: — Ну да ладно уж, ради такого случая — согласен!

— Правда, батюшка?! — Не веря своему счастью, царевна бросилась на шею к Дормидонту.

— Многая лета жениху и невесте!!! — громогласно заревел майор Селезень. — Черт, совсем оглушил, — проворчал Чумичка.

— Только как же я вас, понимаешь, благословлю? — задался вопросом царь. — Я ж не знал, что такое дело будет, священника бы с собою прихватил, иконку чудотворную...

— Священник у нас есть, — заметила Чаликова. — Государь, позвольте вам представить: отец Александр, майор, то есть настоятель Каменской церкви.

— Ну, вы уж хватили, Надежда, — слегка опешил майор. — Пока что я еще никакой не священник...

— Ну и что? — не растерялась Надя. — Тут ведь тоже пока что еще не свадьба. А только помолвка.

— Постойте, я что-то не понял, — тряхнул головой Дормидонт. — Вы что, собираетесь стать священником?

— Да, место приходского священника в Каменке оказалось вакан... то есть свободным, — выдал справку Рыжий, — и Александр Иваныч хотел бы его занять. И я прошу вас, Государь, способствовать этому назначению. Дело в том, что майор, находясь в Каменке, уничтожил обоз с тайным оружием князя Григория и теперь желает там поселиться, дабы, по его словам, крестом и мечом бороться с нечистой силой.

— Недурственно, — Дормидонт с симпатией оглядел Селезня. — Хоть рукоположение священников — это не моя епархия, но, в конце-то концов, царь я али не царь? Отныне будешь священником.

— Ну так приступим к благословению? — будто боясь, что отец передумает, напомнила Танюшка.

— Погоди, а как же иконка? — нахмурился царь. — Тут, в тереме, и всякой еды, и особливо пития довольно, а благодати — никакой...

— Государь, — выступил вперед боярин Андрей, — может быть, мой крест заменит икону? Намедни он меня спас от смерти лютой, а нынче помог поднять наше воинство на врага! — С этими словами боярин снял с себя крест и протянул его майору.

— А годится ли такая замена? — засомневался царь. — Давайте спросим у духовенства, — предложил Рыжий.

— Годится, не извольте беспокоиться! — великодушно прогудел майор, принимая крест от боярина Андрея.

— Ну так благославляю вас, понимаешь, на счастливую жизнь на благо самим себе, царю и Отечеству! — с пафосом произнес Дормидонт.