Малолитражка была менее заметна, чем другие машины. Он уже взялся было за ручку двери, как вдруг изменил решение. Кивнув сторожу, он снова поднялся в библиотеку и набрал личный номер Филипа Ли.

– Филип, прости меня, – сказал он, – но ночью у меня был этот чертов адвокат-австралиец, и, откровенно говоря, я совсем выбит из колеи. Ради Бога, Филип, мне уже шестьдесят, а завтра нам еще предстоит ужасный день. Встретимся в церкви.

Повесив трубку, он увидел жену, которая смотрела на него, стоя в дверях.

– Звонил Филип, – сказал он, – хотел со мной поговорить, но я ответил, что у меня нет сил.

– Это что-то новое, – усмехнулась она, – раньше я думала, что у тебя не хватает сил только на меня.

В ту пору, когда он тайно ухаживал за ней, Ивэн не замечал жестокости в выражении ее лица. Тогда он не думал о себе, как о завидном женихе. Теперь необходимо было подумать о детях – дети прежде всего.

– Эта история с пиратским нападением потрясла всех нас, – сказал он. – После похорон дела пойдут лучше, увидишь.

– Хуже они все равно не могли быть.

– Да, действительно не могли.

Глава 28

В финансовых кругах некоторые значительные лица считали, что Ли держит сэра Ивэна Уайли в качестве своего пуделя. Они ошибались. Сэр Филип не любил собак. Он выбрал и выпестовал Ивэна потому, что у них было сходное чувство юмора и потому, что за скромностью шотландца скрывался живой ум, которого часто не замечали поверхностные наблюдатели. К тому же Ивэн был упорен и честен. Но самое главное – он являлся бедным кузеном, а именно бедные кузены, как правило, больше всего стремятся доказать свою преданность семье.

На похороны приехал Роберт. К часу в бухгалтерский отдел должен был явиться Тимоти Браун. Филип Ли хотел, чтобы на этой встрече присутствовал и Ивэн, но его отсутствие было не так уж важно. Ли никак не мог понять – что это за адвокат явился в такой поздний час к Ивэну. Ивэн так и не научился отделять свою деловую жизнь от частной. Сэр Филип вспомнил о своей коллекции стекла, ковриков и картин и обратился к сыну:

– Как хорошо, что у нас с тобой, помимо бизнеса, есть и другие интересы, Роберт.

***

Порт Гонконга никогда не спит. Двое мужчин остановились на минуту, любуясь огнями больших судов, стоявших на рейде, катеров и джонок, снующих взад-вперед по своим ночным делам. Для Роберта густой и горячий соленый воздух был непривычен, так же как тяжелые испарения, идущие от загрязненной воды. Как бы стараясь уберечься от этих ароматов, он прижал к губам батистовый платок.

Сэр Филип улыбнулся, вспомнив, как много лет назад он сам чувствовал себя, возвращаясь домой.

– Ничего, ты скоро привыкнешь к этому, – сказал он сыну и повел его через верфь к помещению бухгалтерии.

После окончания работы всех служащих, в том числе и самых высокопоставленных, впускали и выпускали ночные охранники. Для сэра Филипа открывать тяжелые двери собственным ключом было одним из немногих небольших удовольствий, которые доставляло ему обладание собственностью. Охранник, прошедший школу сэра Филипа, приветствовал его и отступил в сторону.

Финансист с удовольствием вдохнул холодный сухой воздух, такой же знакомый, как звук вращающихся на потолке вентиляторов. В прежние дни его встретила бы здесь трескотня телефаксов, но сейчас слышалось только шуршание бумаги в лазерном принтере. Как всегда, здесь сидели несколько человек, следивших за положением на бирже.