Едва заметно сведённые брови заставили Агату приподняться и заглянуть за его плечо, сердце совершило тревожный удар.

– Ты уверена, что не забыла несколько цифр вот тут… И вот тут тоже?

Она посмотрела на условия поставок переработанного тростника, который планировала потом продавать как раз Орхану, и шумно вздохнула, чувствуя неприятную дрожь, которая всегда возникала, когда она что-то делала не так.

– Ох…

Условия были не просто невыгодными, а совершенно кабальными! А она так торопилась завершить эту сделку, что отправила поверенного всё подписать и даже не проверила ещё раз все цифры.

– И разорвать его так просто мы тоже не сможем… – Джонотан, качнув головой, продолжал хмуриться. И от этого его серьёзного выражения, с которым он обычно решал все сложности, становилось ещё горше, потому что теперь причиной проблемы была она сама.

Агата села на кровати, поджав под себя ноги. Забрав у него бумаги, начала пролистывать, с трудом сглатывая тяжёлый комок в горле.

– Боги… как я вообще… – она ещё раз проверила цифры, надеясь, что всё это какая-то ужасная ошибка, и убеждаясь, что ошибка действительно была – вызванная её собственной самонадеянностью.

Она подняла несчастный взгляд на Джонотана, чувствуя, что сейчас позорно расплачется:

– Я – самонадеянная идиотка.

– Ну-у есть немного, – Джонотан криво улыбнулся и коснулся её щеки рукой, заставляя посмотреть на себя. Его взгляд стал непривычно серьёзен. – Это, конечно, не слишком хорошо для наших дел в целом, но…

– Прости меня, Джонотан! – порывисто выдохнула Агата, больше всего на свете желая спрятаться от его взгляда. Чувствуя себя так глупо, что губы мелко дрожали, а глаза нестерпимо защипало от подступающих слёз.

Джонотан вздохнул, привлекая её в свои объятия и невесомо целуя в макушку.

– Знаешь… – он немного помолчал, прежде чем продолжить: – Зато ты можешь быть уверена, что с помощью вот этого, – он забрал у неё листы соглашения и качнул рукой, – отмолила все грехи отца. Придётся отказаться от покупки двух новых кораблей, но я что-нибудь придумаю. Постараюсь представить в обществе всё так, чтобы это выглядело широким жестом с твоей стороны, а не просчётом. Мы справимся, Агата.

Она всхлипнула и обняла его, прижимаясь и пряча лицо на его груди. Джонотан ди Арс никогда не унывал дольше нескольких мгновений, она знала это. Даже когда он проигрывал ей в споре.

– Прости…

– Если ты не заложишь всё, что у нас осталось, то непременно, – рассмеялся Джонотан, целуя её в висок.

Агата легонько ткнула его в плечо и слабо улыбнулась.

– Кстати… Вообще-то, я зашёл на минуточку, чтобы передать тебе подарок от нашего общего знакомого. Но ты так соблазнительно искала свой чулок, что я не мог не помочь даме в беде.

– Что за знакомый? – она с неохотой отстранилась, тыльной стороной руки вытирая слёзы.

Вместо ответа Джонотан протянул небольшой свёрток, обёрнутый в голубую бумагу с мелким рисунком, напоминающим стайки золотых рыбок.

– Я не читал записку, – доверительно усмехнулся Джонотан, – потому что, боюсь, прибил бы его. Но мне ужасно любопытно, что он может тебе подарить.

– Бутылку рома, вероятно, – Агата взвесила в руке достаточно тяжёлый свёрток и развернула прилагающуюся записку.

«Дорогая и, к сожалению, уже не моя, золотая рыбка,

с возрастом я становлюсь сентиментальнее, поэтому прими от меня этот скромный дар.