* * *

Дворец сатрапа в Бенне, самом большом иранистанском порту на море Вилайет, не отличался какой-то особой архитектурой или роскошным убранством. Сам город лежал в котловине между туранскими владениями и обширной степью, которую населяли воинственные племена. Он был задуман как некое преддверие к поселению, а не как само поселение или тем более административный центр. До появления этого селения главной твердыней ксеркской империи" был форт Гхор. Но недостатком крепости была ее значительная удаленность от моря, а объем морских перевозок в последние двести лет настолько увеличился, что шахим предоставил городу возможность самостоятельного развития и передачу звания сатрапства по наследству. С тех пор город начал быстро расти и богатеть. Были построены портовые причалы, жилые кварталы для семей военных и казармы для самих военных, резиденции для офицеров и генералов. Семьи торговцев, которые рискнули поселиться здесь, за короткий срок сколотили умопомрачительное состояние и стали строить величественные замки в чертах города. На фоне этих замков дворец самого сатрапа выглядел как жалкая лачуга.

В настоящее время владельцем скромного замка на холме был Красстан Шейс. Он не мог похвастаться знатным происхождением, и титул сатрапа для него не был наследственным. Он был выходцем из самых низов, но сумел подняться благодаря своей чудовищной амбиции и умению плести интриги. Красстан начал политическую карьеру как доверенный лакей старшей супруги прежнего правителя Бенны. Прокладывая себе путь с помощью доносов и подкупов, не гнушаясь и убийствами, замаскированными под несчастный случай, молодой Красстан быстро поднялся до положения главного церемониймейстера во дворце. А во время продолжительной блокады города запорожскими ордами атамана Ольгерда. внезапно скончался сатрап Баяди Шах. Вся его семья вдруг заразилась какой-то таинственной болезнью и умерла. Бенна остался без наследственного правителя. Город был полностью отрезан от метрополии, откуда мог бы получить помощь, а у стен города стоял могучий враг, который ни перед чем не останавливался. Потому было совсем естественно, чтобы власть перешла в руки хитрого церемониймейстера.

Осада города продолжалась довольно долго, достаточно, чтобы Красстан мог назначить на ключевые посты верных ему людей. После продолжительных переговоров Ольгерд отозвал своих людей, и корона всецело перешла в руки самозванца.

Правда, злые языки утверждали, что Баяди Шах и его семья были попросту отравлены, а Ольгерд привел свои орды с реки Запорожки согласно уговору с кем-то, за что и получил солидную сумму. Но на чужой роток не накинешь платок, к тому же завистников всегда было хоть отбавляй. Когда же несколько десятков клеветников были сожжены заживо, разговоры прекратились. И впредь судьба была на стороне Красстана. Дважды случались нападения разбойников на караваны, в которых ехали вновь назначенные шахимом сатрапы Бенны. Товары забирали, а людей убивали. Последний сатрап неожиданно утонул, купаясь в реке Тигр непосредственно перед тем, как отправиться в путь. Говорили, что он был отличным пловцом, но кровожадные крокодилы не пощадили его…

Наконец, могущественному правителю Секундерама Рапторхану надоело терять цвет своего дворянства, и он отступился от Бенны, оставив Красстана править там. Да и какая разница, кто сидит на троне, если казна регулярно получает все налоги и таможенные сборы…

Но даже сидя на махагоновом престоле, покрытом львиной шкурой, Красстан Шейс мало походил на могучего правителя. Маленькое крысиное личико с узкими хитрыми глазками-щелочками напоминало скорее пустынного шакала, а не царственного льва. То ли дело сатрап Хоарезма Адраж Хан, который ныне прибыл к нему в гости. Стройный и широкоплечий, сатрап Хоарезма был потомственным аристократом, чье родословное дерево было одним из самых могучих и раскидистых в генеалогии всей Туранской империи… Однако сейчас было видно, что туранец чем-то озабочен.