— И вот настал, наконец, момент сказать тебе правду, Шейс, чтобы предостеречь тебя от дальнейших глупых поступков. Ты, как я вижу, не обратил никакого внимания на человека, который со мной. А нужно бы! Ведь перед тобой сам Повелитель Зари Реас Богард!

С глухим стоном сатрап Бенны сполз на пол и. заскулил, как побитый пес. И подобное поведение, которое не пристало мужчине, тем более властителю, вызвало презрительную усмешку у визиря. Реас Богард снял с телохранителей парализующее заклинание, которое он предусмотрительно наложил на них по уговору с проницательным бин Юриди. Немые воины с нескрываемым изумлением смотрели на своего хозяина, который ползал на коленях в ногах у двоих незнакомцев.

— Ну вот, совсем другое дело! Такой прием мне уже нравится. А теперь, правитель Бенны, поднимитесь с колен и вернитесь на трон. Нужно поговорить…

* * *

На небольшой возвышенности горел костер. Его пламя освещало окрестности, свет достигал даже песчаного откоса, о который разбивались на мелкие брызги неутомимые волны. Вся равнина была залита лунным светом, и поэтому особенно причудливо выглядели огромные, почти десятиярдовые валуны, имевшие очень странную форму — все они походили на обглоданные человеческие черепа. Поэтому моряки прозвали этот залив Бухтой Черепов.

В эту бухту редко заходили корабли. Иногда более смелые рыбаки рисковали половить в богатых рыбой водах, но никто из них не рискнул приблизиться к загадочному берегу. А с тех пор, как Нефритовые джунгли были названы Гибельным берегом, в залив вообще перестали заходить корабли. Все со страхом называли это место преддверием Ада!..

…У костра сидели около двух дюжин человек. Их ветхая оборванная одежда и изможденные лица свидетельствовали о том, что здесь они находятся не по собственному желанию. Рядом с костром были свалены в кучу ржавые доспехи и немного продуктов. Мужчины как раз обсуждали доспехи.

— Альтрен, эти железки ничего не стоят! — возмущенно проговорил огромный полуголый кушит, обращаясь к седому мужчине. — В первом же бою они распадутся от ржавчины.

— Да и припасов кот наплакал! — отозвался худой мужчина, у которого длинные волосы были заплетены в косу. — Вина всего десять галлонов, да и то прокисшее. Чтоб им всем пусто было, кто нас сюда заслал, а Красстану — первому!

Альтрен с досадой вздохнул и поднялся на ноги. Когда по приказу сатрапа Бенны их высадили на этом берегу связанными, словно скотину, которую привезли на заклание, все единодушно, не сговариваясь признали своим лидером седого корчмаря Альтрена. Все понимали, что если и есть человек, который сможет вызволить их из создавшейся ситуации, то это будет боцман легендарного Амры!

— Хватит вам ныть, Дел и Румей Оглу! Прямо уши вянут от ваших стонов! Все вам не так — и оружие не такое, и еды мало, и вино, видите ли прокисло! Вы ведете себя как сопляки, а не как мужчины! Словно слышу нытье беззубых старух на похоронах в Гиркане!

— Альтрен, мы на Гибельном берегу! Ты что, разве не знаешь, что отсюда не возвращаются!

— Дел, ты еще сопляк! Выход всегда есть!

— Да, но не отсюда, Молния! Тот гад не напрасно кинул нас сюда! Ему надо, чтобы мы сделали ему какое-то грязненькое дельце… Голыми руками из костра угли таскать…

— Говорится: голыми руками каштаны из огня таскать…

— Подумаешь, угли, каштаны, мушмулы, бананы — один черт! Сидим себе на подводной скале, а акулы уже точат свои зубки в ожидании нашего мясца… А ты спокоен, словно стоишь себе за стойкой в «На дне».