Огромная фигура, напоминающая человеческую, была закутана в плащ, сотканный из мрака. Вместо головы — череп, рот которого был растянут в ехидной насмешливой улыбке. Вместо глаз — бездонные ямы, из которых тянуло космическим холодом, высасывающим жизнь из людей. Архидемон, этот символ Смерти, ожил вдруг на Гибельном берегу и представлял смертельную угрозу не только для жалких пигмеев, дерзнувших поднять на него руку, но и для всего живого на Земле. Кому было под силу остановить детище Мрака, олицетворяющее всемирное Зло?

Богард, бессильно опустившийся на колени, единственный, сумевший сохранить здравый разум, успел заметить, что чудовища тоже застыли, словно парализованные. Это было не совсем нормально, ибо появление их верховного вождя, наоборот, должно было вдохнуть в них дополнительные силы, чтобы они могли прикончить беспомощных врагов, с которыми не смогли справиться. Для этого должна быть причина!

И тут Богард понял, что произошло. Выпрямившись во весь рост, прямо к Башням направлялся Плам. Молодой славин был одет в белую хламиду. Он был без оружия и простоволосый. Длинные русые волосы развевались на ветру, словно знамя. Ярко-голубые глаза сияли, словно солнца. Все его существо выражало несокрушимую силу и безграничную уверенность. Властелин Силы шел, чтобы сразиться с Архидемоном. Добро и Зло должны были сойтись в смертельной схватке, чтобы решить судьбу мира. И ничего не могло помешать им, равно, как и помочь, в этом титаническом столкновении!

…Плам остановился и огляделся вокруг. Этого можно было и не делать, так как он чувствовал все, что происходит на поле сражения. Но навыки его бренного тела трудно забывались. Он ощущал присутствие своих товарищей, некоторые из них были особенно ему близки. Но сейчас они лежали, парализованные волей Врага. Он видел своего учителя, стоящего на коленях, но продолжающего сопротивляться, и почувствовал необычайный прилив нежности к этому человеку и восхищение его несломимой волей и силой. Он знал с какими могучими силами пришлось столкнуться Повелителю Зари и испытал преклонение перед его мужеством. Плам видел киммерийца Конана, самого великого воина, который когда-либо рождался на земле. Сын Северного Сияния из последних сил пытался задушить одного из слуг Мрака, все еще непобежденного и торжествующего. Вдали он увидел девушку, которая смотрела на него с немым восхищением. Ее изумрудные глаза сияли радостью. Сиана Блейн… Золотая Пантера… Его первая и единственная любовь!

Но все это потом… Сейчас его ждет Враг — могучий, всезнающий и ужасный… Ни в чем ему не уступающий… Непобедимый… Как он!

Плам сошелся с врагом на Мосту Единения. Абсолютное Равновесие все предусмотрело. Всегда есть две стороны — две башни, День и Ночь, Мрак и Свет, Добро и Зло. Они всегда вместе, всегда связаны! Но сейчас нужно было, чтобы кто-то из них победил. И Он знал кто.

Они сошлись в поединке — враги, которые знали друг друга всегда. Каждый из них знал сильные и слабые стороны другого. Теперь им предстояло определить, кто сильнейший. И они вцепились друг в друга.

…Летели через вселенные, в ярости уничтожая целые галактики. Закидывали друг друга солнцами, словно камнями, и тушили пожары лунным светом. Взволновалась Звездная Река Времени, вышла из берегов, нарушив течение целых тысячелетий и эпох. В мире наступили хаос, забвение, разруха и потопы…

Битва все продолжалась — часы или века, а может быть, всего лишь мгновение… Целую жизнь или время, необходимое для одного удара сердца. Кто знает? Не было победителя, не было и проигравшего… Он все никак не мог одолеть ненавистного врага…

Медальон из синего лазурита вдруг засиял у него на груди — как раз над сердцем.