Хейди сложила руки на столе и подалась вперед:

— Это угроза?

Анна чувствовала, что у нее уже начинают сдавать нервы.

— Я бы хотела позвонить моему адвокату.

— Виновные люди постоянно так говорят.

— Так же как и женщины, которым пять часов подряд не дают сходить в ванную комнату.

— Я могу задержать вас и на двадцать четыре часа даже без всякого обвинения.

— И даже без ванной комнаты? — уточнила Анна.

— По-вашему, мы здесь шутки шутим?

— По-моему, это уже переходит все границы. Я уже шесть раз ответила на все ваши вопросы, и я полностью доверяю Рорку Блеку. В этом деле замешаны две статуэтки, и ни при каких обстоятельствах наш аукцион не станет иметь дело с крадеными вещами.

— Так, значит, вы подняли со дна «Титаник»?

— Я не знаю подробностей, но уверена, что Рорк заполучил пропавшую, а не украденную статуэтку.

А заодно подписал договор о неразглашении с последним владельцем этого «Золотого сердца», так что если он теперь кому-нибудь все расскажет, даже самой Анне, то навсегда разрушит и свою собственную репутацию, и репутацию всего аукциона.

— Ну а где доказательства? — настаивала Хейди.

— А где мой адвокат?

— Вы действительно хотите, чтобы все зашло так далеко? — резко выдохнула Хейди.

Как же Анна от всего этого устала, устала отвечать на вопросы и тщательно подбирать слова. Она ни в чем не виновата, и ничьи слова и поступки не смогут этого изменить.

— Вы действительно хотите долго и продуктивно работать в правоохранительных органах?

Брови Хейди взлетели на лоб.

— Тогда советую вам побыстрее начать поиски нового подозреваемого. Потому что ни я, ни Рорк не имеем к этой краже ни малейшего отношения. Возможно, в этом замешан Далтон, ведь он просто спит и видит, как бы очернить наш аукцион. Но даже если он и вправду в этом замешан, то я об этом ничего не знаю. На этом я заканчиваю свою речь, агент Шоу, но, наверное, мне стоит добавить, что больше вы от меня ничего не добьетесь. Вам хочется разгадать большое запутанное международное дело и стать героем? Тогда оставьте меня в покое и займитесь чем-нибудь полезным.

— А вы умеете говорить складно, — после небольшой паузы заметила Хейди.

Анна подумала, что ей стоило бы поблагодарить ее за такие слова, но продолжала сидеть, плотно сжав губы.

— Как опять-таки большинство виновных, — добавила Хейди.

Анна упрямо сложила перед собой руки. Она уже попросила ванную комнату и адвоката. И в том, и в другом ей отказали, так что если они и дальше собираются нарушать все ее гражданские права, то и вправду дойдут с этой историей до «Нью-Йорк таймс».

Кронпринц Раиф Коури уже устал ждать. Пусть он и не знал, как принято вести расследования в Америке, но если бы ему дали волю, то Анна Ричардсон уже давно сидела бы за решеткой. Пара ночей в застенках, и она сама будет молить, чтобы ей позволили признаться во всех своих грехах.

Нельзя было ее отпускать, когда она сама заявилась к нему в гости в прошлом месяце. Хотя если бы он просто аннулировал ее визу и запер в подвале, мог бы получиться неплохой международный скандал. К тому же тогда ему хотелось от нее избавиться еще сильнее, чем ей самой убраться восвояси.

— Ваше высочество? Мы через пару минут приземлимся в Тетерборо.

— Спасибо, Гари, — поблагодарил Раиф и потянулся, сидя в белом кожаном кресле.

— Пока мы здесь, могу показать тебе город, — предложил его двоюродный брат, Тарик, разглядывая из окна Манхэттен. Он три года проучился в Гарварде на адвоката.