|
— Чудесная вещь, — протянула та, вертя находку в руках. Затем осторожно опустила ее в песок. — Пусть останется здесь. Может, так будет лучше. — Несомненно, — улыбнулся Арагон. — Оставить вещь среди ее естественного окружения куда более разумно, нежели запереть в музейный шкаф. Все погрузились в молчание, глядя на догорающие языки пламени. — Я рада, что вы наконец-то поставили Блейка на место, — вполголоса произнесла Нора, придвинувшись к антропологу. — Мне следовало сделать это в самом начале путешествия. Вновь повисло молчание. — Как вы намерены поступить с ним? — поинтересовался Арагон. — Никак, — пожала плечами Нора. — Посмотрим, как он будет себя вести. — Сколько я его знаю, он всегда лопался от самодовольства, — заметил антрополог. — Стоит признать, у Блейка есть на то основания — его репутация лучшего в Штатах специалиста по датировке совершенно заслуженная. Но сейчас он проявил неприглядные черты характера, которых я прежде не замечал. Полагаю, виной всему страх. Некоторые люди очень болезненно переживают отрыв от цивилизации и, оказавшись вдали от телефонов и электричества, моментально впадают в депрессию. — Я думаю, здесь именно такой случай, — кивнула Нора. — Может, он успокоится, когда мы разобьем постоянный лагерь и наладим связь с миром. — Надеюсь. Хотя далеко не уверен в этом. Несколько мгновений никто не произносил ни слова. — Итак? — раздался в тишине голос Слоан. — Вы о чем? — Мы заблудились? — спокойно осведомилась она. — Пока не знаю, — вздохнула Нора. — Это выяснится завтра. — Если это действительно дорога анасази, она совершенно не похожа на те, что я видел прежде, — пробормотал Арагон. — Создается впечатление, будто анасази хотели уничтожить все следы своего существования. — Он задумчиво покачал головой. — В этой дороге есть что-то зловещее, я это чувствую. Ее словно окутывает мрак. — Зловещее? — переспросила Нора, пристально глядя на него. — Это всего лишь ваше субъективное ощущение. Арагон молча полез в сумку и извлек пробирку с черной краской, доставленной из скального жилища. — На одном из этих образцов я провел тест с люминолом, — сообщил он, покачивая пробирку в ладони. — Он дал положительный результат. — Впервые слышу об этом тесте. — Это очень простой тест, который часто используют в судебной медицине, — пояснил Арагон. — Он показывает, содержится ли в исследуемом образце человеческая кровь. — Он смотрел прямо на Нору, и темные глаза профессора поблескивали в ночи. — То, что вы принесли, вовсе не краска. Это кровь. Человеческая. Много слоев высохшей, запекшейся человеческой крови. — Боже мой, — прошептала она. На память ей невольно пришли строчки из донесения Коронадо: Квивира на языке их означает «Дом кровавой скалы». Возможно, слово «кровавой» употреблялось ими отнюдь не в переносном смысле. Арагон между тем бережно извлек из рюкзака маленький череп, послуживший предметом размолвки между Норой и Слоан. — После того как я выяснил, что стены в этом скальном жилище были выкрашены кровью, я решил внимательно исследовать череп. |
