— Я тоже. — Из кармана жилета Руперт извлек часы на цепочке, и как раз в этот момент в отдалении раздался свисток паровоза.

— Ага, теперь уже вот-вот. Точно по расписанию, слава богу. Честно говоря, мне никак нельзя задерживаться. У меня назначена встреча.

Руперт был старше Айрис, но, как узнал Нед, она любила его больше других братьев. Синклера радовало, что он так хорошо ладит с Рупертом. Тот был старшим клерком и недавно перевелся в отдел химического анализа фирмы «Джон Тейлор и сыновья». Нед не раз задумывался, как случилось, что Айрис и Руперт так близки друг другу. Ведь они такие разные. Она общительная и экспансивная, он спокойный и сдержанный. Руперту был не чужд своеобразный сухой юмор, что импонировало Неду. Но больше всего этот человек нравился ему за то, что был невысокого роста. В ботинках не больше пяти футов семи дюймов.

— Ты очень давно видел Айрис. Узнаешь ее? — спросил Нед, просто чтобы убить оставшиеся несколько секунд.

Чтобы ответить, Руперту пришлось перекрикивать подкатывающий поезд:

— Айрис не меняется. Она всегда была малышкой, принцессой… самой избалованной из всех. Наверное, сейчас, в лондонском наряде и со столичными замашками, она стала еще пленительнее. Так что нет, сразу я ее, наверное, не узнаю, но когда услышу голос и этот чудесный смех, то перестану сомневаться и только тогда почувствую, как скучал по своей младшей сестричке.

Люди напирали, наступали им на ноги, матери поудобнее пристраивали на руках младенцев, призывали детей, отцы упорядочивали багаж — от кур в клетках до тюков потрепанной одежды. В индийских поездах Неду приходилось путешествовать только первым классом. Он понятия не имел, какой оглушительный шум стоит в других вагонах, как там пахнет. Были и такие, которые пристроились на крыше. Нед улыбнулся сам себе, чувствуя трепетную связь между собой и этими «зайцами». Он не забыл, как сам явился в Рангун.

— Я уже сто лет не получал от нее писем, — продолжал Руперт.

Нед покраснел от удовольствия. Ему Айрис писала регулярно.

— Еще не известно, понравится ли ей моя невеста. Айрис, видишь ли, бывает ужасно ревнивой. Но сейчас ей уже почти двадцать четыре, и у нее на уме, надо полагать, есть вещи поинтереснее, чем то, на ком именно я собираюсь жениться. Однако нам пора, — заключил он, кивая в сторону путей.

Голова у Неда закружилась, когда паровоз, выпустив облако пара и засвистев, замедлил ход и остановился. Люди бросились к вагонам. Сердце у Синклера забилось. Сейчас он ее встретит. Приглаживая волосы на затылке и одергивая пиджак, он тянул шею, стараясь разглядеть что-нибудь через головы людей. Нед увидел Гарольда Уокера — тот уже высмотрел свою семью и теперь махал рукой.

И вот наконец она появилась!

Айрис Уокер, протиснувшись мимо отца, высунулась из окна и принялась с энтузиазмом размахивать руками, приветствуя братьев и сестер. Нед ревниво наблюдал, как, поискав глазами, она увидела старшего брата и уже не отрывала от него взгляда. Он очень хотел, чтобы Айрис заметила его, с другой стороны, сейчас у него появилась возможность рассмотреть это видение, выдержанное в бледно-голубых и белых тонах. Она улыбалась так, что на щеках появлялись ямочки, ее лицо сияло. Неожиданной оказалась короткая стрижка, но волосы Айрис так сияли, что к ним хотелось прикоснуться, не говоря о том, что открывалась стройная шея, опьянев от которой его взгляд, не в силах противиться соблазну, скользнул к безупречной смуглой коже над грудью.

Поезд с грохотом затормозил, двери начали открываться. Из вагонов хлынули люди, и в последующие лихорадочные минуты Нед потерял Айрис из поля зрения. Его оттеснило от Уокеров огромное семейство с целой горой багажа, включающего козла и четырех уток, которое направлялось к вагону третьего класса.