— В таком случае тебе, наверное, лучше было выйти за другого. — Он хотел сказать это легко, как шутку, но фраза, заряженная напряжением внутреннего состояния, прозвучала как вызов.

Айрис отступила, словно получив пощечину.

— Это ты к чему?

Слово не воробей. Он понял, что назад пути нет.

— Очевидно, я не в состоянии дать тебе то, в чем ты нуждаешься.

— Очевидно, ты даже к этому и не стремишься, — парировала она. — Большая часть того, в чем я нуждаюсь, ничего не стоит.

— Я не желаю ссориться, Айрис.

— То, что ты не хочешь что-то обсуждать, — не основание игнорировать мои слова.

— Что именно? — повысил голос Нед.

— Что с тобой творится. Из-за чего ты так беспокоишься.

Синклер понял, что Айрис взяла след, и попытался сбить ее с него:

— Наверное, моих возможностей тебе не хватает. Видимо, Джек Брайант дал бы тебе больше.

Она расплакалась, а он почувствовал себя свиньей. У него не было никакого права сомневаться в ее верности. Со дня свадьбы Айрис была ему любящей и преданной женой.

— Прости. — Синклер уже хотел смягчить ситуацию.

— Отправляйся на работу, Нед. Уходи.

Он не стал задерживаться и пулей вылетел из дома, чувствуя себя сильно пострадавшим от такой перебранки. Общее настроение у него от всего этого отнюдь не улучшилось. Внезапно мир, сиявший яркими красками, поблек, а Синклер стал бесконечно одиноким в равнодушной толпе. Так же он чувствовал себя в Рангуне. Теперь весь тот ужас опять потянулся к нему своими щупальцами. Он отнял у него родителей, друга и, похоже, не желает останавливаться, хотя Белла вроде бы в безопасности. Зловещая тень Брента витает над ним, желая засадить за решетку.

Если его обвинят в убийстве, как это скажется на Айрис, на семье Уокеров, на их нерожденном ребенке? Синклер будет гнить в тюрьме, зная, что его сын или дочь растет без убийцы-отца, отсиживающего срок за решеткой на Шешадри-роуд. Он хрипло, невесело рассмеялся, сообразив, что ведь тогда круг замкнется, потому что тюрьма находится всего в сотне ярдов от того места, где он провел свою первую ночь в Бангалоре.

Нед не желал умирать в индийской тюрьме, предпочитая покончить счеты с жизнью на своих собственных условиях. Постаравшись отбросить невеселые мысли, он свернул на территорию шахты, надеясь, что работа не оставит ему времени на размышления.

* * *

Джек опять начал работать по ночам, Нед же, как выяснилось, теперь выходил в дневную смену. Вчера Брайант ненадолго пересекся с ним во время пересменки и поразился тому, насколько тот осунулся. Нед был небрит, взгляд у него блуждал. Он как безумный твердил, что скорее покончит с собой, чем согласится сидеть в индийской тюрьме. Джеку это показалось полным бредом. Он был абсолютно убежден в том, что Неду не в чем оправдываться. Единственная причина, по которой полиция прислала им эти письма, заключалась в желании стражей порядка умилостивить разгневанную вдову.

Полиция располагала лишь показаниями слуги из «Бангалор-клаба», представляющими собой воспоминания семилетней давности. Джек не считал, что этого будет достаточно, чтобы убедить власти в необходимости заново открыть дело. Даже если они на это пойдут, все равно это будет слово Неда против слова Рамеша.

Брайант справился бы, да вот только Синклер, похоже, не в состоянии выдержать паузу. Нед вот-вот сорвется с катушек, так что необходима помощь.

«Будь я проклят, если позволю засадить себя как соучастника убийства», — думал Джек.

Он желал избавить Неда от тюремного приговора, но руководствовался также и собственными интересами.