Она серьезно посмотрела на него и ответила:

— Ты мой муж.

— Элизабет, клянусь, я пришел сюда помочь Неду, а вовсе не ради встречи с Айрис. Подумай сама! Если бы я хотел встретиться с ней в том смысле, в каком подумал Нед, разве явился бы среди бела дня к нему в дом, расположенный в двух шагах от места его работы, когда входная дверь открыта нараспашку, а рядом слуги?

— Я знаю, — кивнула она.

— Так ты веришь мне?

— Я же здесь, — ответила она, и в ее устах очевидное прозвучало особенно веско и убедительно.

— Побудь с ней.

— Миссис Синклер это не понравится. Она меня презирает.

— Что ты говоришь? Айрис ведь даже не знает тебя.

— Ей известно, за кем я замужем.

— Ты придумываешь.

— Нет. Она предупредила меня, чтобы я не переступала порог ее дома!

— Что? — Джек посмотрел на жену, и она не дрогнула.

Брайант просто разрывался.

— Тогда, пожалуйста, просто проследи, чтобы здесь все было спокойно. Ее родители в Коларе, поэтому-то я и послал за тобой, но они довольно скоро вернутся. Мне нужно поговорить с Недом, объяснить ему все.

— Хорошо, ради тебя и миссис Синклер, я останусь.

— Спасибо. — Джек поцеловал ее в щеку. — Я скоро.

Он бросился за Недом, но опоздал. В отделе электроснабжения ему сообщили, что Синклер уже уехал.

— Куда?

— В район Бангарапета. Там деревенские воруют электричество. Нед решил своими глазами посмотреть, что происходит.

— Хорошо. Тогда я поговорю с ним позже.

А что Джеку еще оставалось сказать? Он уже сомневался в том, что ему вообще когда-либо доведется разговаривать с Недом.

Вернувшись к дому Синклеров, он застал Канакаммал снаружи.

— Нед уехал из Полей и вернется позже. Может быть, только вечером. Что тут происходит?

— Как только Айрис пришла в себя и зашевелилась, я вышла на улицу. Она больше не плачет, швыряет вещи — наверное, сердится.

— Хорошо. Гнев лучше, чем отчаяние. — Брайант бросил взгляд на часы. — Мне пора собираться на работу. Можешь побыть здесь еще немного?

— Я уйду тогда, когда приедет кто-нибудь из членов ее семьи.

— Ты ангел, — на бегу бросил Джек, направляясь к мотоциклу.

Он так и не попал к Уокерам. По пути его остановил почтальон.

— Мистер Брайант, сэр?

Джек притормозил.

— Что-нибудь для меня?

— Да, сэр, телеграмма. Срочная! Я направлялся прямиком к вам.

— Тогда хорошо, что мы встретились. — Джек улыбнулся, хотя телеграммы, как показывал его опыт, неизменно означали дурные известия.

Вскрывая конверт, он затаил дыхание. Может быть, в нем содержится полицейская повестка?.. Но новости оказались гораздо хуже, чем он ожидал.

Джек, дорогой, твой любимый отец скончался вчера. Сердечный приступ. Его последние слова были о тебе. Нам не хватает тебя больше, чем когда-либо. Твоя любящая мама.

Скомкав телеграмму в кулаке, он издал стон сердечной муки, от которого содрогнулись Золотые Поля.

43

Вернувшись, Канакаммал сразу почувствовала, что что-то не так.