|
Тому надоело стукаться головой о стенки и потолок экипажа, пересчитывая таким образом попадавшиеся на пути ухабы и рытвины. Испанец, не слезая с лошади, наклонился к окну и пояснил, что у калифорнийцев принято передвигаться верхом, а в экипажах ездят лишь немощные старики и грудные дети. Настроение у Брендана совсем упало, когда им пришлось заночевать на заброшенном и наполовину разрушенном постоялом дворе. После скудного ужина, приготовленного на костре из непонятных продуктов, калифорнийцы, включая дона Луиса, завернулись в шерстяные одеяла и улеглись спать на голом дощатом полу под дырявой крышей, сквозь проломы в которой виднелись звезды. О'Флинны по настоянию Джэми устроились на ночь в экипаже. Они совсем не отдохнули и замерзли на рассвете, но о том, чтобы лечь на грязные доски в доме без окон и дверей, не могли даже помыслить.
Воспоминания об этой ночи повергли Мару в глубокую задумчивость. Но резкий толчок, а затем удар в челюсть снизу нарушили ход ее мыслей. Пэдди, дремавший у нее на груди, больно стукнулся затылком о ее подбородок, проснулся и захныкал. Мальчик укоризненно взглянул Маре в глаза, но та отвернулась. Экипаж въехал во двор, обнесенный высокой глинобитной стеной с черепичной двускатной крышей, мимо проплыла створка массивных деревянных ворот. Место, где они оказались, вероятно, было задним двором. Возле конюшни Mapa увидела, как расседлывают взмыленную кобылу дона Луиса, а сам испанец, подбоченившись, стоит поодаль и с улыбкой ожидает остановки экипажа. На пороге кузницы, скрестив руки на груди и подперев плечом косяк, возвышался настоящий великан в кожаном фартуке. Его тяжелый молот скучал на наковальне. Несколько женщин в цветастых юбках и белых блузках, с собранными на затылке в пучки темными волосами молча застыли у фонтана. — Добро пожаловать на ранчо Виллареаль, донья Амайя, — гордо просиял дон Луис. Mapa подобрала юбки и протянула ему руку. Испанец галантно помог девушке спуститься на землю с подножки. Не успела она обернуться, чтобы поддержать Пэдди, как тот выпрыгнул из экипажа сам и приземлился на четвереньки, подняв облако пыли. — Пэдди! — тяжело вздохнула Mapa и укоризненно покачала головой, после чего присела на корточки и стала отряхивать рыжий налет с брюк маленького проказника. Она поправила шляпу у него на макушке, с притворно строгим видом закрепив ее под правильным углом, но малыш весело рассмеялся и снова залихватски сдвинул головной убор на затылок. Брендан сперва помог выйти из экипажа Джэми, потом вылез сам и теперь с недоумением осматривался. Прямо на него важно шествовал петух с таким надменно-угрожающим видом, что Брендан невольно отступил в сторону, уступая ему дорогу. Лохматая собака лежала в пыли и лениво наблюдала за выводком цыплят, толкущихся возле кормушки. — Господи! Вот уж никогда не думал, что придется прогуливаться по скотному двору в своих лучших ботинках! — усмехнувшись, прошептал он. Mapa еле удержалась от смеха, когда увидела, как презрительно брат посмотрел вслед петуху, потуже затянул узел галстука и обратился к испанцу с немым вопросом во взгляде, требуя объяснений. — Пойдемте, — сказал дон Луис, делая вид, что не заметил этого мимического этюда, хотя и весьма пристально наблюдал за ним. Ему было невдомек, что Брендан лишь разыгрывает простачка, как любой актер, которому трудно удержаться от лицедейства в присутствии зрителей, — Пора познакомить вас с вашей новой семьей, Амайя. Mapa почувствовала, как кто-то крепко сжал ее локоть, и, обернувшись, увидела подле себя брата. Брендан пристально посмотрел ей в глаза и ободряюще улыбнулся. — Ну вот, начинается наш спектакль, моя дорогая. Я уверен, что ты блестяще справишься со своей ролью. Жаль только, что публика этого не оценит. Откуда им знать, что судьба избрала их статистами для величайшей пьесы, какую не стыдно сыграть и при дворе? — шепнул он, получив в ответ безмолвную благодарность Мары. |
